– Вы хотите что-то добавить, Госпожа Морвейн? – поинтересовалась Медб, когда Морвейн уже позволила себе в голос переговариваться с Мглином. – Вы были одной из тех, кто обнаружил иллюзию. Поделитесь с нами наблюдениями.
– Нет, Госпожа Мунремур, – учтиво ответила она, но лицо её стало напряженным. – Просто странно, что «наш дорогой Доктор Гирст», который приехал к нам на помощь, вдруг исчезает на следующее же утро, после происшествия в комнате моих первокурсников, – выпалила она, совсем раздражаясь и буквально вскакивая на ноги. – Я видела, как его сегодня забрала его машина, еще до рассвета он отбыл.
В учительской воцарилась тишина, даже шорох ручки Ластриэль утих. Дарво мгновенно ожил и приободрился. Медб вскинула голову, когда историк, оживившись, наклонился вперёд и усмехнулся.
— Странные у вас маршруты ранним утром, Госпожа Морвейн, – начал он и Медб уже приготовилась к очередной его тираде, которую он посчитал очень остроумной в данной ситуации.
Но Дарво наткнулся на некую невидимую преграду. Морвейн повернулась к нему и одарила его доглим взглядом, в котором не было ни злости, ни даже раздражения. Лёгкая усмешка Дарво застыла, он встретился с ней глазами и внезапно замолчал, будто Морвейн соорудила вокруг историка обездвиживающий чертёж, причем – не прибегая к помощи своего инструмента. Одним лишь своим взглядом. В комнате повисла тишина, прерываемая приглушённым шумом сквозняков за дверью.
— Доктор Гирст уехал? — первой нарушила молчание Медб, всё еще пораженная странной реакцией Дарво на возможность вставить свои пять желудей.
— Это так, — подтвердил Марк Грамен, оторвав взгляд от сложенных на столе рук. — Он не явился на утреннюю проверку. Сегодня у нас должны были пройти финальные тесты лекарства, но он исчез, не оставив никаких инструкций. Я не видел его со вчерашнего вечера.
— Это… нехорошо, — дрогнувшим голосом протянула Астрея Хло, нервно теребя край рукава.
— А лекарство? Оно готово? — спросила Офелия Вейлант, надевая круглые очки.
— Да, – Грамен выдержал короткую паузу, осматривая собравшихся, затем продолжил. – Госпожа Вальтер намерена применить его сегодня на заражённых.
Комната мгновенно ожила — возбуждённый шёпот прокатился по преподавательской. Кто-то радостно выдохнул, кто-то напротив, напрягся, скрестив руки на груди.
— Значит, мы стоим на пороге прорыва? — с нотками восторга произнесла Вивьен Ластриэль, на секунду даже забыв о своих записях.
— Или катастрофы, — тихо добавил Артур Мглин, потирая переносицу.
Смешанные эмоции витали в воздухе — воодушевление сталкивалось с тревогой, страх граничил с надеждой. Всё зависело от того, чем закончится сегодняшний день.
Авеста VIII
Лазарет был наполнен мягким светом ламп и травяного отвара, которым медсестра отпаивала своих пациентов. Она тщательно вымыла, вычистила помещение и приготовилась ждать, заварив себе чашку чая. Ожидания были выматывающими и тревожили больше, чем сами события.
Авеста только что узнала от посланника Мунремур о том, что произошло ночью в комнате одного студента-первокурсника. И это было нечто, чего нельзя было сходу объяснить. Кому понадобилась комната первокурсника? И кому нужно было накладывать там иллюзию и психологические ловушки? Кому вообще нужен был первокурсник? Со слов, влетевшей в кабинет Авесты, мерцающей утки – ловушки были того рода, какие использовали в пыточных камерах, во времена Войны Семи Городов Альтеро. Но это было более пятидесяти лет назад и что должно быть в голове у архия, который набросал их в комнате у ребёнка?!
Авеста негодовала и волновалась одновременно. Но дверь лазарета отворилась и вошел Марк Грамен. В его руках не было привычного металлического контейнера и Авеста уже была готова провести допрос насчёт наличия лекарства.
– Здравствуй, Авеста, – Марк вытащил из нагрудного кармана кожаный футляр и бережно протянул его медсестре.
– Добрый день, – отозвалась она, отставляя чашку и принимая из его рук футляр. – Оно безопасно?
– Да, полностью готово, – Марк тяжело упал на ближайший стул, словно ему, такому крепкому и сильному, тяжело было стоять. – Только, если бы ещё сам доктор проверил его…. – добавил он.