Марк III
Марк сидел за своим рабочим столом, глядя на полупустой лист бумаги. Ему не нужно было тщательно продумывать текст — каждое слово уже давно сложилось в уме. Он взял перо, опустил его в чернильницу и начал писать.
"Совету Академии,
Прошу предоставить доступ к архивам, связанным с моим происхождением. Долгое время, сведения о моей семье оставались для меня недоступными, и теперь, когда обстоятельства позволяют, я хочу узнать правду."
Письмо вышло коротким, сухим, но точным. Он подписал его, аккуратно свернул и вложил в почтовый цилиндр, стоявший на его столе. Как только он приложил свой инструмент к символу отправки, поверхность цилиндра вспыхнула слабым синим светом, и письмо исчезло, отправляясь в архивный отдел ПСА.
Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал. Едва он вернулся в кабинет вечером, после занятий, как цилиндр издал лёгкий звуковой сигнал, оповещая о доставке. Марк активировал устройство, и лотке для входящих писемматериализовалась стопка старых документов. Бумаги были пожелтевшими от времени, местами потрёпанными, но чёткие строки не оставляли сомнений.
Он действительно был Граменом — представителем древнего рода. Его родители… их имена стояли перед ним, но он не чувствовал тепла или радости. Только пустоту и лёгкое головокружение. Кайрен и Эллиана Грамен…. Неудивительно, что он никак не может отпустить чувства к Элии Морвейн. Видимо, он подсознательно тянулся к этой девушке с именем, созвучном имени его настоящей матери. Также – он узнал своё имя при рождении, но не стал задерживать на нём внимание.
Марк медленно провёл пальцами по своим волосам и откинулся на спинку кресла. Всё это время он жил под чужим именем. Боялся узнать, кем он был на самом деле. И вот, правда раскрылась.
Новая мысль вспыхнула в сознании. Он взял чистый лист бумаги и вновь начал писать:
"Совету Академии,
В связи с недавно полученной информацией, прошу официально изменить мою фамилию на Грамен. Это моё законное право, и я считаю важным вернуть истинное имя. Однако, прошу не связываться с членами моей семьи. На данный момент я не готов к личной встрече."
Перо остановилось. Он перечитал текст, затем, не раздумывая, вложил письмо в цилиндр и запустил отправку. Магическая вспышка ознаменовала момент, когда прошлое окончательно пересеклось с настоящим.
Тишину в кабинете нарушил осторожный стук в дверь. Марк оторвал взгляд от бумаг и напрягся. Так поздно.
— Входите.
Дверь приоткрылась, и на пороге появился Фрей Морриган. Он был спокоен, но его глаза… Что-то в них казалось неестественным. Марк сидел не двигаясь, он помнил о разговорах на общих собраниях, вспомнил, как обсуждали Морригана, хотя в ту минуту его беспокоило совсем иное.
— Что-то случилось? — спросил он, откладывая документ
— Нет, профессор, – Фрей улыбнулся, но улыбка была пустой. – Я просто хотел поговорить. О том, что скрыто глубоко внутри.
Марк ощутил странную волну напряжения. В комнате стало как будто темнее. Он медленно откинулся на спинку кресла, не спуская с Фрея глаз.
— О том, что скрыто? — переспросил он, в голосе зазвучала настороженность.
— Да, — кивнул Фрей, делая шаг вперёд. — О том, чего вы боитесь признать… но чего хотите сильнее всего.
И тут пространство вокруг словно исказилось. Марк не успел осознать, как перед ним вспыхнули картины. Яркие, живые, слишком реальные. Элия. Её волосы, рассыпанные по подушке. Её глаза, наполненные теплом. Он рядом с ней, ближе, чем когда-либо позволял себе. Их разговоры, их прикосновения — то, чего никогда не было, но чего он хотел.
Сцены сменяли друг друга. Элия улыбается только ему, Элия прижимается к нему в поисках защиты, Элия тянется к нему, как к единственному, кто ей нужен. Взгляды коллег пропитаны уважением к нему, никто не смеет ему перечить. И Нокс. Садовник больше не смеет даже взгляд поднять, не смеет смотреть прямо в лицо Марку.
Директор больше не таит перед ним ничего, теперь – сам Марк хранит тайны и имеет власть над высшими чинами….
Но затем — другая картина. Его собственное лицо, искажённое злостью. Элия, отступающая назад, избегая его взгляда. Её голос, полный разочарования. Его ревность, пожирающая всё хорошее между ними.
— Ты уже потерял её, — голос Фрея зазвучал совсем близко. — Но разве не хочешь исправить это? Разве не хочешь взять то, что тебе принадлежит?
Марк резко вдохнул. Реальность словно разрывалась, смешиваясь с иллюзией. Он поднял руку, сжимая пальцы в кулак. «Нет», — пронеслось у него в голове. Это ложь. Это не его мысли.
— Уходи, — сказал он глухо, с трудом возвращая себе контроль.