Элия Морвейн двигалась, как обычно, говорила, как обычно... Но в ней было чувство завершённости. Как будто она что-то решила. Как будто уже знала, что дальше делать, и теперь просто исполняла последнее перед уходом. И это беспокоило его больше, чем любые слухи.
Когда все задания были розданы, Морвейн собрала пустую папку, оглядела студентов и на мгновение замерла. Её взгляд скользнул по ним — внимательный, оценивающий, будто она запоминала каждого.
Затем она коротко кивнула, поглядев исключительно на них, На Микту с Теей и Тмином. А затем слегка улыбнулась. Это было нечтонеобычное. Не привычная задорная полуулыбка, не сдержанное одобрение. Эта улыбка была... тёплой.
Но она ничего не объяснила. Просто развернулась и вышла, закрыв за собой дверь. Тишина в комнате растянулась, а затем кто-то шумно перевернул лист и наваждение лопнуло, словно мыльный пузырь.
— Это было странно, — наконец пробормотал Тмин.
Микта молча смотрел на дверь, за которой исчезла их куратор. Да, это было странно. И он не мог избавиться от ощущения, что Морвейн только что попрощалась.
Он осмотрелся и понял, что никто их его сокурсников ничего подозрительного не заметил. Все листали свои задания, переговаривались, послышалось даже несколько смешков. Сильвия Рендалл, перевязав свои новые синие волосы в пучок на затылке, громко зачитывала своё задание по знакам и символам Никки и Ройсу.
– Идёмте ко мне в комнату, – предложил Микта, возвращаясь к своим друзьям. – Думаю, здесь нам не дадут нормально поговорить.
Тея и Тмин в ответ только согласно кивнули и, кое-как подхватив свои задания, выскользнули из общей комнаты в коридор, а потом – оглядываясь по сторонам – вошли в комнату Микты. Микта поспешно запер дверь.
– Она точно что-то решила, – с порога заявила Доротея, сжимая в руках листы. – И это не просто её решение, они там уже договорились.
– Хочешь сказать, что скоро кто-то из зараженных очнётся? – уточнил Микта, присаживаясь на стул у письменного стола. – Но Морвейн тогда бы не была такой отстраненной, – с сомнением заметил он.
Тмин улёгся на кровать Тибальда Хессера, которого подселили к Микте, взамен Тома Датуры. Микта не знал, вернётся ли Том ещё в Академию. И никто об этом не говорил, словно все забыли.
– Нет, – сказала Доротея, но задумалась, подбирая слова. – То есть – да. Госпожа Вальтер, она… я видела, что она прислушалась ко мне и к нашему рассказу о найденной информации о ритуале.
– Она же медик, она знает больше чем ты, – фыркнул Тмин, закладывая руки за голову и рассматривая тумбочку нового соседа Микты.
– В этом и дело. Вальтер, я думаю, смогла найти в наших находках нечто, что действительно сработает, – продолжила Тея, глядя на брата с лёгким раздражением.
– Мда, и Морвейн согласилась сделать всё сама, – медленно проговорил Микта, глядя на близнецов округлившимися глазами.
– Она будет целовать Фрея? – Тмин аж подорвался и сел, недоуменно вертя глазами. – Фу, вы не думаете, что это как-то…
Тея закатила глаза, но тоже призадумалась. Микта никак не мог представить, как будет происходить ритуал, основываясь на тексте, который они уже раз сто перечитали из библиотечной книги. Там ничего не говорилось о поцелуе, но в инструкциях всё было очень запутано, ведь следовало сделать какую-то сложную привязку, чтобы тот, кто намеревался изгонять сущностей, буквально слился с зараженным.
– Тмин, ты вообще дурак? – не выдержала Тея, и не придумав ничего умного в ответ.
- Сама ты…. – возмутился Тмин.
– Ладно, что тогда, – вмешался Микта, стараясь чтобы перепалка не разгорелась дальше. – Кого Морвейн намерена вытаскивать? Фрей же был первым зараженным.
– Я думаю, что Морвейн будет вытаскивать Нокса, – уверенно заявила Доротея, словно это была простая истина, до которой глупые парни никак не могли додуматься.
– Нокса?! – чуть ли не воскликнул Тмин, но быстро понял, что они тут вообще-то говорят о вещах, которые не должны их касаться. – Дважды – фу, – добавил он тише, но без особого энтузиазма.
- Они оба преподаватели, оба взрослые люди, – размышляла Тея, но почему-то не поднимала глаз от своих самостоятельных заданий.
Микта почесал нос и ждал, пока она разовьёт эту мысль, но Тмин никак не мог успокоиться, подпрыгивая и ёрзая на кровати Тибальда.