— Ты хочешь что-то добавить по теме, Дарво? — сухо спросил Артур. – Или в истории встречались подобные случаи.
— О, случаи встречались, — Серж принял притворный серьёзный вид. — Но только в легендах… в довольно романтичных легендах.
Артурпочувствовал движение.Марк Грамен, до этого статичный, напряжённый, холодный, он вдруг резко напрягся, пальцы сжались в кулаки так, что побелели костяшки. Но Дарво не остановился, он словно не замечал, хотя Артур видел, как историк бросает быстрые взгляды на Марка, наслаждаясь реакцией.
И почему молчит директор, почему не вмешается завуч? Артур Мглин перевёл взгляд на Мунремур – она тоже глядела на Сержа, но медлила, словно чего-то ждала. А Виннетстоун – он и вовсе откинулся на спинку кресла и просто наблюдал, его лицо не выражало абсолютно ничего.
— Интересно, — протянул Дарво, сделав вид, что раздумывает. — Получается, связь была настолько глубокой, что буквально выжгла сущность из тела Нокса? – он наконец повернул голову в сторону Марка и продолжил. – А Вы, Господин Грамен, тоже присутствовали при этом?
Марк встал. Резко, молча, чуть ли не отшвыривая стул назад. Артур инстинктивно подался вперёд, готовый остановить возможный конфликт. Дарво приподнял бровь, но даже не шевельнулся, глядя на Марка с тем же ленивым интересом, словно только и ждал этой реакции. Марк не сказал ни слова. Просто смотрел на историка. Лицо его было твёрдое, как камень, но глаза... глаза горели.
— Довольно, – голос Бонифация Виннетстоуна прозвучал негромко, но в нём была такая твёрдость, что даже Дарво не решился продолжить свою игру, – Господин Грамен, будьте добры, вернитесь на своё место.
Маркмедленно сел обратно, но его поза оставалась напряжённой. Стул под ним неприятно скрипнул. Виннетстоун перевёл взгляд на Авесту Вальтер.
— Что вы намерены делать дальше? – спросил директор, уделяя внимание только ей.
— Я продолжаю исследования, – заговорила Авеста, собравшись с мыслями. – Кроме того, я уже связалась с Доктором Фареном Гирстом. Он сталкивался с этим вирусом ранее, его знания могли бы нам помочь.
— И что он сказал? — поторопил её Виннетстоун. Это имя вызвало у него явный интерес.
— Онответил, но не уточнил, приедет ли помочь, — Авеста нахмурилась. — Если честно, я сомневаюсь, что он вообще приедет.
— Почему? — удивился Теодор Хейд, – Доктор Гирст, насколько я осведомлён – очень уважаемый специалист.
— Он уже давно не ведёт активной практики, да и сам намекнул, что не уверен, стоит ли ему вмешиваться, — объяснила Авеста.
— Значит, его нужно убедить, – усмехнулся Виннетстоун, надевая очки и прикрывая свои янтарные глаза.
— Вы его знаете? — прищурилась Авеста, опуская руки.
— Лично, — коротко ответил директор. — И яприглашу его сам.
Преподаватели переглянулись. Артур задумался, почему же Виннетстоун тянул с приглашением доктора до этого момента, зная о вирусе и как тот называется? Почему не связался сам раньше? Снова эти интриги и недомолвки.
— Думаете, он приедет? — спросила медсестра, присаживаясь. – Он мне написал, что очень занят и стар для дальних поездок.
Фарен Гирст стар? Да он даже младше Виннетстоуна, если Артуру не изменяет память. В последний раз, когда Мглин видел Гирста – тот выступал на всемирном съезде алхимиков, в Флорсбии, лет десять назад. Артур тогда навещал свою сестру – Оливию, и они присутствовали на его выступлении. И вид у того был, скажем так – достаточно цветущий.
— Уверен, что мне он не сможет отказать, — спокойно произнёс Виннетстоун.
— Если вы действительно сможете это устроить… – Авеста посмотрела на него с явной надеждой. – Это сильно ускорит работу.
— Это будет сделано, — директор поднялся. — На этом собрание можно считать завершённым.
Преподаватели начали подниматься со своих мест, но Артур Мглин задержался, наблюдая за Виннетстоуном. Что бы ни связывало директора и Гирста,он явно был уверен в своём влиянии. И если Гирст приедет… значит, шанс спасти заражённых ещё есть.
Конрад III
Конрад Вельц никогда не стремился к лишнему вниманию, но в последние дни судьба словно испытывала его терпение. Он был человеком порядка, но Академия жила по своим законам — законам, где порядок был лишь ширмой. После стремительно развивающихся событий в стенах Академии, всё вокруг словно охватил тонкий налёт хаоса, который не хотели замечать, но который ощущался повсюду.