— И вы решили, что он говорит о Вас? — предположил Конрад.
Реллан стиснул зубы, но не ответил. Его молчание говорило само за себя. Где-то в зале продолжала звучать музыка. Астрея Хло увидела у столиков приятеля и поспешила к нему. Конрад Вельц и Марк Реллан молча остались стоять в тени колонн, наблюдая за балом. Музыка продолжала звучать, пары кружились в танце, а возле одного из столов собралась группа преподавателей.
Астрея Хло вовлеклась в беседу с Артуром Мглином и Элией Морвейн. Их выражения лиц были серьёзными, а жесты размеренными. Они явно обсуждали что-то важное, но держались естественно, чтобы не привлекать лишнего внимания. Позади них, чуть в стороне, стоял ещё один человек, с которым Конрад ещё не был знаком. Он не вмешивался в разговор, но его присутствие было ощутимым. Среднего роста, сдержанный, он словно изучал коллег, не выдавая эмоций. На нём был простой выходной костюм, но этот мужчина явно чувствовал себя неуютно при галстуке и в воротничке.
— Ты знаешь, Вельц, — медленно произнёс Реллан, качнув головой, не отрывая взгляда от фигуры мужчины с ровными черными волосами, небрежно прихваченными на затылке, — Если тебе и стоит о ком-то узнать побольше, так это о нём.
— О мужчине у столиков, позади Господина Мглина? — предположил Конрад, догадываясь о ком идёт речь.
— Именно, — кивнул Марк, его губы искривились в усмешке. — Это Нокс. Ты ведь знаешь, кто он на самом деле?
Вельц слегка нахмурился, чувствуя в словах коллеги нечто большее, чем просто подозрение. Он вспомнил эту фамилию из утренних разговоров в преподавательской.
— Преподаватель заготовок трав и грибов? — спросил он спокойно.
Вельц вспомнил, что уже видел Нокса в саду, когда тот рубил дрова, облаченный в одни лишь рабочие штаны с заплатами. Он тогда ещё подумал – как это неэтично выглядит, на глазах у студентов, в таком виде… Реллан наклонился чуть ближе, не отводя взгляда от фигуры в тени, будто не услышал предположение собеседника.
— Оборотень, — тихо произнёс Марк Реллан.
Конрад не ответил сразу. Он снова посмотрел на Нокса, отмечая его необычную манеру держаться в стороне, фильтровать своё окружение. Эта информация многое объясняла. Но что ещё больше привлекло внимание Вельца — это выражение лица самого зельевара. Несмотря на сказанные слова, он не сводил взгляда с преподавателя знаков и символов – Элии Морвейн. Его глаза следили за каждым её движением, за тем, как она наклонялась ближе к Мглину, что-то негромко говоря, как поправляла рукав платья. Конрад медленно перевёл взгляд обратно на Реллана, но тот, похоже, даже не осознавал, что выдал себя.
— Значит, Нокс — оборотень, — задумчиво повторил Вельц. — А Морвейн?..
Реллан резко выдохнул и отвёл взгляд, делая вид, что не услышал вопроса. Конрад усмехнулся. Он не знал всей истории, но теперь точно понимал, что в «дружном» коллективе происходит куда больше, чем кажется на первый взгляд.
Марк I
Марк Реллан не мог избавиться от глухого раздражения, которое кипело где-то внутри него с момента, как он увидел Элию рядом с этим проклятым Ноксом. После событий в Зале с Кассандрой, Марк какое-то время не думал о Ноксе, как о человеке, который может быть близок с Элией. Спустя неделю, он отошел немного от потрясения и посмотрел на это новыми глазами, хотя ситуация от этого не стала лучше. И челюсть, после удара Элии больше не давала о себе знать. Прошла. Прошло и мимолётное расположение к Ноксу. Он больше не воспринимал серьёзно тот разговор по душам в лазарете, который, казалось, сблизил его, Элию и Нокса.
Он всё ещё был уверен – Нокс опасен для всех. Особенно для Элии. Особенно теперь, когда она сама сближалась с ним, будто не понимая угрозы. Когда-то он спокойно относился к присутствию Нокса в Академии, даже приходил к нему за растениями для зелий. Но всё перевернулось, когда Элия начала проявлять к нему интерес. Это было словно плевок в лицо Марку.
Каждый раз, когда он видел, как её пальцы касаются рукава Нокса, как она смеётся, как склоняет голову ближе к нему, в груди у Марка что-то сжималось. Она вдруг становилась грязной в его глазах — просто оттого, что добровольно приближалась к оборотню. Как будто она не замечала, кто он, не чувствовала той звериной сути, которую он тщательно скрывал.
После разговора с Дарво стало только хуже. Марк знал, что тот просто подначивал его, что наслаждался его эмоциями, вытягивая из них новые сплетни. Но даже понимая это, он не мог выбросить из головы его слова:
— Какое редкое явление – Госпожа Морвейн в платье. – провозгласил Дарво. – Всё-таки странно, да? Раньше она тебя слушала, а теперь... Теперь ей, кажется, интереснее другое общество, – добавил он тише, только для ушей Марка.