Наш Господь имел всего лишь горстку Своих истинных детей среди множества тех, кто следовал за Ним на земле. Почему он и сказал Своему Отцу: «Тех, которых Ты дал Мне, я сохранил, и никто из них не погиб, кроме сына погибели», показывая, что Он никого не потерял из Своих апостолов или учеников, хоть иногда они и делали неверные шаги. Среди приходивших ко мне монахов, были монахи из одного ордена, которым удалось более чем другим раскрыть доброе действие благодати. Но некоторые члены того же самого ордена раньше были весьма активны в маленьком городке, где Отец ля Комб совершал свою миссию. Возбужденные ложной ревностью, они производили гонение на все добрые души, искренне посвятивших себя Богу, нападая на них самым немыслимым образом. Они сжигали все их книги, где говорилось о молчании и внутренней молитве, отказываясь отпускать грехи тем, кто это практиковал. Также они приводили в смятение и отчаяние всех, кто ранее вел грешную жизнь, но теперь изменился, посредством молитвы пребывая в благодати и становясь все более безупречным и совершенным в своем поведении. Эти монахи дошли до такого бесчинства в своей необузданной ревности, что подняли мятеж в том городе. Во время этого мятежа один священник часовни, человек выдающийся и во всех отношениях достойный, был избит палками посреди улицы за то, что молился по вечерам своими словами, а по Воскресеньям совершал краткую пламенную молитву, которая незаметно передавалась и другим добрым душам.
Теперь же я получала столько утешения, видя в этом маленьком городке так много набожных душ, которые, соперничая друг с другом, отдавали свои сердца Богу. Среди них были девочки двенадцати и тринадцати лет, которые усердно совершали свою работу, и во время своих занятий наслаждались общением с Богом, приобретя в этом стойкую привычку. Поскольку эти девочки были бедны, то они садились парами, и умеющие читать читали тем, кто не умел. В этом можно было увидеть возрождение целомудрия первых христиан. В городе была также одна бедная прачка с пятью детьми и мужем–паралитиком, имевшим иссохшую правую руку. Нрав ее мужа был гораздо более невыносим, нежели увечность тела. Его ничтожной силы хватало лишь на то, чтобы избивать свою жену. Бедная женщина переносила это с кротостью и ангельским терпением, содержа его и пятерых детей. Она обладала чудесным даром молитвы, и посреди своих великих страданий и крайней нищеты, пребывая в присутствии Божьем, хранила умиротворенность разума.
Один хозяин лавки и мастер, делающий замки, испытали на себе великое действие силы Божьей. Эти двое были близкими друзьями. Когда кто–то из них читал для прачки, то они изумлялись, видя, что она была научаема Самим Господом всему тому, что они ей читали, рассуждая обо всем языком духовного человека. Монахи послали за этой женщиной и строго пригрозили ей наказанием, если она не прекратит молиться. Они сказали ей, что только представители духовенства имеют право молиться, и что она проявляет великую дерзость, практикуя молитву. Она ответила, что Христос велел ей молиться, ибо Он сказал: «А что вам говорю, говорю всем» (Марк. 13:33,37), не уточняя, должны ли это быть только монахи и священники. Она также сказала, что не сможет переносить без молитвы свои крестные страдания и бедность, ибо раньше она жила без молитвы, и была весьма нечестивой. С того времени, как она стала ее практиковать, она полюбила Бога от всего сердца, так что оставить молитву для нее равносильно отказу от спасения, чего она сделать не может. Она добавила, что они могут взять двадцать человек, никогда не практиковавших молитву и двадцать из тех, которые живут, практикуя ее. Затем, сказала она, разузнайте о жизни обеих групп людей и вы увидите, имеете ли вы право выступать против молитвы.
Можно было бы подумать, что подобные слова, сказанные такой женщиной, должны были быть вполне убедительны, но вместо этого они лишь раздражали их до предела. Монахи заверили ее, что не дадут ей отпущения грехов до тех пор, пока она не пообещает им отказаться от молитвы. Она ответила, что это не от нее зависит, ибо Христос является единственным хозяином всего того, что Он говорит Своим творениям и того, что Ему будет угодно сделать со своими повелениями. Они отказали ей в отпущении грехов и, отругав одного доброго портного, который служил Богу от всего своего сердца, приказали принести все без исключения книги, в которых обсуждались вопросы молитвы. Они сожгли их своими руками на публичной площади. Это представление привело их в бурный восторг, но весь город тут же поднялся в возмущении. Самые именитые люди пошли к Епископу Женевы и пожаловались ему на безобразия этих новых миссионеров, которые так отличались от всех прежних. Вспоминая об Отце ля Комбе, который был здесь со своей миссией раньше, они сказали, что монахи, казалось, были посланы с целью уничтожить все то доброе, что он сделал. Епископ был вынужден лично приехать в этот город, и, поднявшись на кафедру, опровергнуть факт своего участия в этом деле. Он сказал, что отцы слишком переусердствовали в своей ревности. Те со своей стороны заявили, что все делали лишь из желания следовать данным им повелениям.