Я обычно просыпалась среди ночи в определенное время. Но если я заводила будильник, то мне не удавалось проснуться в нужное время. Я понимала, что Господь проявляет по отношению ко мне как отеческую, так и супружескую заботу. Когда я ощущала некоторое недомогание, и мое тело нуждалось в отдыхе, Он не будил меня, но в такие моменты я даже во сне чувствовала Его необычайное присутствие. В течение нескольких лет я имела только половину сна, но моя душа пробуждалась больше для Господа, нежели для себя самой. Ибо мне казалось, что сон лишал меня этого важного общения. Господь явил многим людям, что Он предназначил мне быть матерью людей великих, но при этом простых и по–детски доверчивых. Они воспринимали эти послания в буквальном смысле и думали, что это относится к какому–то учреждению или определенной церкви. Но мне казалось, что те люди, которых Господу было угодно через меня приобрести, и для которых по Его благости я должна была стать духовной матерью, должны были бы иметь со мной такое же единение, какое дети имеют к их родителям. Этот союз должен был быть глубже и крепче, дабы я могла наделять их всем необходимым, приводить их к пути, по которому Он будет вести их, как я и покажу это далее.
Глава 4
Это уже служит тем, кто является моими детьми, ибо это побуждает их предоставлять Богу возможность прославлять Себя по Его изволению, а не по их собственной воле. Если в моих словах будет нечто им непонятное, пусть они умру! для самих себя. Они найдут, что им будет легче учиться на собственном опыте, нежели из моих слов, ибо слова никогда не сравнятся с пережитым опытом. После того как я вышла из испытания, о котором рассказывала, я заметила, что оно очистило мою душу, вместо того чтобы запачкать ее, как я того боялась. Теперь мое обладание Богом было таким чистым и огромным, что ничто другое не могло с ним сравниться. Что касается мыслей и желаний, го все они были чисты, обнажены, потеряны в божестве, так что в душе не было заметно ни одного эгоистичного движения, каким бы правдоподобным и деликатным оно не было. Все силы разума и чувств были дивно очищены. Иногда я даже удивлялась, что не появлялось ни одной эгоистичной мысли. Мое воображение, прежде столь неугомонное, теперь меня ничуть не беспокоило. Мне не случалось больше бороться с путаницей в мыслях или неприятными воспоминаниями. Воля, будучи совершенно мертвой для всех ее желаний, была склонна только угождать Богу и Его планам.
Эти простор и обширность, ничем не ограниченные, каким бы простым и банальным это ни казалось, возрастали с каждым днем. Моя душа, разделяя все качества своего Супруга, казалось, разделяла с Ним Его безмерность. Когда я молилась, то ощущала непостижимую открытость и целеустремленность. Я была вне своего тела, возносилась ввысь. Я верю, что Богу было угодно благословить меня таким опытом. В начале этой новой жизни Он дал мне понять, заботясь также о благе других душ, насколько простым и притягательным является переход души в лоно Божье. Когда я шла на исповедь, то ощущала такую погруженность души в Него, что с трудом могла говорить. Это вознесение духа, в котором Бог так сильно привлекает душу к Самому Себе, а не к ее собственным глубинным тайникам, возможно только после смерти собственного я. Душа, на самом деле, как бы выходит из самой себя, чтобы перейти в свой божественный объект. Я называю это смертью, или другими словами переходом из одного места в другое. Это действительно счастливое перемещение для самой души, ибо это ее переход в землю обетованную. Дух, сотворенный для пребывания в единстве со своим божественным Источником, обладает теперь таким могущественным к Нему притяжением, что если бы не постоянное чудо, его движущая сила заставляла бы и тело следовать за ним, по причине силы его устремленности и прекрасного восхождения.