Люди стекались отовсюду, как жившие рядом, так и приходившие издалека: монахи, священники, миряне, служанки, жены, вдовы — все приходили по очереди. Господь совершенно чудесным образом снабдил меня необходимыми знаниями, которые бы всех удовлетворяли, без моего предварительного исследования или размышления об этом. От меня ничего не могло укрыться в их внутреннем состоянии или настроении. О мой Бог, здесь Ты совершил бесконечное число завоеваний, известное только Тебе. Все эти люди мгновенно получали чудесную способность к молитве. Бог обильно изливал на них Свою благодать и производил в них чудесные изменения. Самые духовно зрелые из этих душ, пребывая в молчании наедине со мной, принимали сообщаемую им благодать, которую они не в состоянии были'постичь и которой не переставали восхищаться. Другие находили в моих словах помазание и затем поступали, руководствуясь моими советами. Ко мне приходили монахи разных орденов и достойные священники, которым наш Господь даровал великие милости, как Он дарует всем без исключения, ходящим в чистоте.
Было удивительно то, что я не смогла произнести ни звука перед теми, кто пришел подслушать и покритиковать мои слова. Даже когда я старалась пообщаться с ними, я ощущала, что не могу, и что Бог не даст мне этого сделать. Некоторые из них сказали в свою очередь: «Люди безумны в том, что ищут встречи с этой женщиной. Она не может говорить». Другие же отнеслись ко мне как к глупой простачке. После того как они ушли, некто сообщил мне: «Я не успел прийти к вам вовремя, чтобы известить вас, что вам не следует говорить с этими людьми. Они пришли от одного человека, желая поймать вас на слове и употребить ваши слова вам во вред». Я ответила: «Наш Господь предупредил ваше доброе намерение, ибо я была не в состоянии промолвить им хотя бы слово». Я чувствовала, что сказанные мной слова, исходили из источника. Я была лишь инструментом Того, Кто побуждал меня говорить.
Посреди этого всеобщего одобрения Господь объяснил мне сущность апостольского положения, которым Он меня почтил. Ибо оно заключалось в том, чтобы в чистоте Его Духа отдавать себя до остатка вспоможению душам, подвергаясь самым жестоким гонениям. Именно эти слова были выгравированы на моем сердце: «Посвятить себя на служение своему ближнему значит отправиться на виселицу. Говорящие сегодня «благословен грядущий во имя Господне», скоро будут восклицать 'долой его, распни его"». Когда одна из моих знакомых говорила мне о всеобщем уважении ко мне людей, я сказала ей: «Запомни то, что я сейчас говорю тебе, ибо ты услышишь проклятия из тех самых уст, которые сейчас меня благословляют». Наш Господь дал мне понять, что я должна уподобиться Ему во всех Его состояниях, ибо если бы Он продолжал жить со своими родителями, то никогда не был бы распят. Так, когда Он побуждает кого–либо из своих слуг к распятию, то Он этим самым употребляет их в служении и вспоможении их ближним. Это правда, что все души, задействованные таким образом в Божьем апостольском служении, и которые действительно пребывают в апостольском состоянии, призваны к суровым страданиям. Я не говорю о тех, которые сами втягивают себя в страдания, ибо, не будучи призваны Богом особенным образом, и не имея благодати апостольского служения, они не несут ни одного из его крестов. Но я говорю только о тех, кто отдает себя Богу без остатка, о тех, которые ради Него от всего сердца готовы подвергнуться страданиям без пощады.
Глава 15