Ключ к успеху расстановки «рождественская елка» был найден в одной игре, против «Депортиво» из Ла-Коруньи в Лиге чемпионов. Они играли с двумя глубоко сидящими хавбеками, и я подумал, что если выпустить нормальный состав – за вычетом травмированных игроков, – то нам не удастся закрыть этих игроков по позиции при игре в защите. Так что вместо привычной схемы мы сыграли с двумя атакующими полузащитниками, которые могли прессинговать соперников в моменты, когда у нас не было мяча. Можно сказать, что, по сути, наша идея родилась не в результате размышлений о том, как лучше сыграть в атаке, а в попытках найти оборонительное решение, что вы могли бы назвать типично итальянским подходом. «Как мы можем остановить соперника?» – такой была моя первая мысль. Мы выиграли тот матч со счетом 4:0. Наверное, если бы мы проиграли 0:4, я бы сразу отказался от этой идеи раз и навсегда. Но в следующем нашем матче в Лиге чемпионов мы играли против «Баварии» и вновь победили – 2:1, сыграв по той же схеме, из-за чего я стал верить в то, что я – дитя нужды.
В футболе, как и во всем остальном, никогда нельзя стоять на месте. Никогда нельзя верить, что тактика, которую ты применяешь сегодня и которая приносила тебе успех, будет оставаться эффективной завтра и всегда. Соперники не будут сидеть и ждать, пока поражения вновь повторятся с ними. Взгляните на «Челси» сезона 2015/16. Сезоном ранее они были чемпионами, почти неуязвимой командой; а теперь вдруг едва могут выиграть один матч. Игроки те же, тактика та же, система та же, так что же поменялось? Разница в том, что другие команды сделали шаг вперед и узнали, как можно играть с системой «Челси».
Стоять на месте по факту означает пятиться назад. Я люблю теннис и каждый раз, когда я наблюдаю за восхождением нового игрока – Криса Эверта, Мартины Навратиловой, Штеффи Граф, Серены Уильямс, Бьорна Борга, Андре Агасси, Пита Сампраса, Роджера Федерера, Новака Джоковича, – я всякий раз не могу поверить, что этих мастеров можно обыграть. Но тем не менее их всегда кто-то обыгрывает. Когда я говорил с Билли Бином, менеджером бейсбольной команды «Окленд Атлетикс» и прототипом главного героя картины Moneyball, он сказал, что его революционные методы дали ему преимущество, быть может, в год, а по прошествии этого времени все остальные уже научились копировать их и сделали шаг вперед.
Рабочие лошадки
Игроки, которых остальные называют пехотой, рабочими лошадками или теми, кто «таскает рояль», мне по духу ближе всех остальных. У таких игроков есть характер, который я ценю выше всего, потому что, когда я сам был игроком, у меня были более-менее те же игровые качества, те же таланты, что и у них.
Рабочие лошадки – это игроки, отдающие команде все свое сердце, каждый раз, в каждом матче и на каждой тренировке, а посему мне не приходится проводить много времени в беседах с такими игроками. Они относятся к числу неприхотливых членов команды, которые позволяют тебе тратить время на тех, кто требует к себе повышенного внимания. Они сами себя мотивируют на 100 % всякий раз.
Я помню игроков этого типажа не меньше, чем суперзвезд, потому что без них никаких суперзвезд попросту не бывает. Может звучать как клише, но футбол – действительно командная игра. В «Реджане», к примеру, самым большим трудягой в полузащите был Леонардо Калуччи, тогда как в «Парме» таким был Роберто Сенсини. В «Ювентусе» была пара Антонио Конте/Эдгар Давидс, у которых характера было дай боже. Эти игроки были звездами, но также обладали менталитетом настоящих солдат, и порой было легко забыть об их талантах и нуждах.
Когда я познакомился с Эдгаром Давидсом, я сказал ему: «Я счастлив стать твоим менеджером, потому что ты фантастический. Ты силен и агрессивен и всегда выкладываешься на все сто». Он посмотрел на меня и ответил: «А еще я талантливый футболист». Я совершил классическую ошибку, заключив, что великие игроки не делают грязной работы. Эти игроки порой не пользуются большим признанием у болельщиков и владельцев, но на деле они те, кто ведет за собой остальных.
В «Челси» моими солдатами были Бранислав Иванович и Джон Терри, в «Пари Сен-Жермен» – Алекс, а в «Мадриде» в последний мой год солдатом был Тони Кроос. В «Милане» были Дженнаро Гаттузо и Кларенс Зеедорф. Люди не считают Зеедорфа рабочей лошадкой с солдатским характером, но на самом деле он очень силен.
Зеедорф из тех игроков, которым необходимо делегировать власть. Ему нужно сказать: «Позаботься об этом», и он выполнит просьбу, но если ты не дашь конкретных указаний, то он со своим сильным характером непременно захочет все сделать сам. Ключевым моментом было передвинуть его туда, где, как я думал, он будет иметь наибольшую ценность для команды, и мне нужно было убедить его сделать это.