Каждый человек, писавший для этой книги, опишет его тысячей разных слов. Для меня он друг, и я скучаю по нему.
10. Ценности
Управление безумием
Люди не из мира футбола иногда интересуются у меня, как я отношусь к «управлению безумием», коим является сегодняшний мир футбола. Я скажу, что нормально. Этот мир – все, что я знаю с тех пор, как покинул свой родной дом примерно 40 лет назад. Я был игроком на протяжении без малого двадцати лет, а тренером работаю и того дольше. Я только и знаю, что это вот безумие.
Разумеется, я в курсе статистики. В Англии первое место по текучке кадров занимает работа горничной, а второе – футбольным тренером. Ассоциация менеджеров Лиги каждый месяц присылает мне свой журнал, и я пребываю в некотором шоке и сильно грущу, когда вижу, что работу менеджера английского клуба, продержавшегося на должности больше 27 месяцев, именуют «долговременной». В Италии этот период скорее ближе к 27 часам.
Я также вижу, что менее половины футбольных тренеров в Англии получает новую работу в футболе в том случае, если их увольняют с предыдущего места работы. Они больше никогда не возвращаются в игру. Я вспоминаю, как близко был к увольнению на своей первой работе в «Реджане» – после семи матчей мы тогда шли на самом дне таблицы. Единственной вещью, спасшей меня тогда, было мое имя. Я все еще был знаменит в прошлом как футболист и был родом из того же региона. Сегодня я чувствую себя везунчиком – привилегированным и благодарным судьбе, – потому что остаюсь в элите этой профессии, ибо знаю, как легко все могло повернуться совсем не в ту сторону.
Люди говорят, что безумие творится из-за фанатов, но эту сферу я контролировать не в состоянии. В моей работе есть три фактора, которые я не могу контролировать: президент, болельщики и пресса. Я научился не слишком волноваться по поводу этих вещей. А какой смысл? Я хочу работать над тем, что могу контролировать, и это мои отношения с игроками. Это моя единственная работа. Признаю, они тоже могут сходить с ума, но, по крайней мере, я могу обрисовать пределы этого хаоса.
Безумна ли она или нет, но я люблю свою работу. Я уважаю людей, с которыми работаю, и получаю взамен уважение от тех, кто работает со мной. Это идеальная для меня роль. Если я больше не могу быть футболистом, значит, я хочу делать эту работу. Говорят, что если ты занят работой, которую любишь, то ни одного дня своей жизни ты не будешь по-настоящему работать, и это правда.
Я столько всего получаю от работы с элитными спортсменами, представляющими игру. Под этим я подразумеваю людей, демонстрирующих три разных составляющих топ-футболиста: первое – их индивидуальный талант; второе – контекстный талант, как они вписываются в окружающую среду в культурном смысле; и третье – их командный талант, как много они дают команде и партнерам. Талант не будет до конца оформленным, если человек применяет его исключительно ради себя. Чтобы стать великим чемпионом, по-настоящему великим игроком, недостаточно просто обладать индивидуальным талантом. Каждый может знать, что ты очень талантливый, но чтобы стать fuoriclasse, как говорим мы в Италии, кем-то из ряда вон, кем-то, кто выше остальных на две головы, нужно обладать всеми тремя талантами. Когда ты можешь видеть, как раскрывается такой талант в составе команды, которой ты управляешь… это фантастика.
Эталоны