В Лагодехи был организован митинг. Построилась бригада, и было человек 150 местных жителей. Для меня такое было просто шоком. Ведь и грузины воевали в той войне наравне с остальными народами СССР. Ведь и у них тысячи погибших. Тем более что война была рядом, за Большим Кавказским хребтом.
Я помню как в Чирчике, тысячи жителей, да, кого-то построили и привели, но основная масса, по зову сердца сама приходила на памятник погибшим воинам. И уже по окончании официальных мероприятий и возложения венков, тысячи жителей на протяжении двух-трёх часов медленно, под музыку духового оркестра, исполнявшего мелодию из песни Расула Гамзатова "Летят Журавли", проходили мимо памятника, возлагая цветы. И подножье его было буквально завалено цветами.
А здесь, вылез на трибуну 1-ый секретарь райкома партии и 40 минут держал речь, при этом на грузинском языке. В составе бригады грузин было не более 3-5 процентов.
И я опять вспомнил Среднею Азию, наш переход по Угамскому ущелью. Когда в кишлаке Кызылтал, необразованные, плохо говорившие по-русски, но воспитанные люди даже не делали попытки перейти на родной язык. Они понимали, что все участвующие в беседе должны понимать друг друга.
После прохождения торжественным маршем, мы провели на стадионе показательные выступления по рукопашному бою. Наверно у нас получилось, так как позже, в служебной характеристике на меня, командир бригады подполковник А. Фисюк напишет: "Отлично владеет приёмами рукопашного боя".
В мае месяце я опять "отличился". Мы увольняли в запас отслуживших свой срок службы солдат. Основная масса, добросовестно отслужив, под звуки марша "Прощание славянки", уехала домой, но как всегда было пару человек, которые не служили, а кровь пили у командиров. Держать их, как можно дольше в части, я не мог, я был командиром линейного отряда, увольнял командир бригады. Но справедливость должна же быть. И я, собственноручно, написал этим двум обормотам в военные билеты, в разделе особые отметки: "Программу боевой подготовки не усвоил. Желательно ежегодно призывать на учебные сборы (согласно закона, на учебные сборы призывали один раз в три года). В военное время использовать для разминирования минных полей". Моя фамилия и роспись. Но начальник строевой части попался мужик глазастый, заглянул и на последнюю страничку военного билета. Меня вызвали к комбригу, я получил нагоняй, а эти странички из военных билетов вырвали.
Кажется, в начале лета бригаде надо было выставлять команду на первенство округа по спортивному ориентированию. Ну, вы представляете себе состояние спортивно-массовой работы в этой бригаде, если на соревнования пришлось ехать мне. А ведь мне тогда уже стукнуло 36 лет. От бригады требовалось выставить всего 2-х человек. Вторым был, сержант с моего отряда, он по этому виду спорта имел 1 разряд. Я этим не занимался, в спортивном смысле этого слова, но всю свою службу бегал и ориентировался. Так, что ничего нового для меня не было.
Соревнования проходили в окрестностях г. Кутаиси. Трассу готовил спортивный комитет дислоцированного здесь Армейского корпуса. Проходила она по предгорьям, густо заросшим лесом и кустарником. Всё было перевито колючими лианами. Настоящие джунгли. Но если по джунглям ходят с мачете, то мы бежали с одним лишь компасом. Хорошо, что были одеты в спецформу. Колючки лиан за неё не цеплялись, она была гладкая и достаточно плотная. Кепи застегнул на подбородке, нырнул, пригнувшись в кусты, и пошёл молотить километры.
У нас с сержантом только лица были немного поцарапаны. Остальные участники соревнований выходили из леса в клочья порванной спортивной форме, и все в крови.
Найти все точки было практически невозможно, видимость метра три-четыре. Пробежишь рядом и не заметишь. На все точки не вышел никто, за исключением конечно, членов команды устроителей соревнований. Видя явное мошенничество, и не пригодность трассы для соревнований, судейская бригада аннулировала результаты, и соревнования перенесли на месяц. Но мы уже в них не участвовали, бригада привлекалась на ученья, проводимые штабом округа.
12 июля 1984 года я был назначен на должность командира отдельного батальона охраны и обслуживания ЗакВО, началась моя пехотная жизнь.
6.2. Отдельный батальон охраны и обслуживания ЗакВО, Тбилиси.
Командир батальона, у которого я принимал должность, с этой должности был снят. Хотя как мне кажется, его просто сделали стрелочником.