Я с тех пор всю жизнь встаю в 6.00, за исключением отпуска. Во время отпуска, ни какой зарядки, да и вообще всё на оборот, можно днём пива выпить, а вечерком и вина, если в компании, конечно, есть дамы, так как без них любое мероприятие, по сути своей - есть пьянка. Всё это совершенно не возможно во время службы.
Так сложилось, что все молодые офицеры из спиртного предпочитали сухое вино и пиво. Употреблять водку считалось дурным вкусом, гусары пьют шампанское.
Недели через две, после прибытия в бригаду, все молодые офицеры принимали участие в учениях. Ученья были командно-штабные, без реального противника, и задача групп состояла в том, чтобы мы давали заранее заготовленные радиограммы, болванки, как мы их называли. Группы выбрасывались на реальные расстояния. У нас была возможность увидеть "кухню" спецназа изнутри, а ребятам, прибывшим из европейской части Союза, ещё и ознакомится с новой для них местностью. Как положено, была проведена подготовка групп к выполнению задач и десантированию. После этого все группы построили на плацу, и офицеры штаба бригады стали проверять нашу готовность к выполнению задачи. Здесь впервые я понял, что спецназ в корне отличается от других родов войск.
Кстати в каждой группе были свои визуальные сигналы, и сигналы по радио, при проведении спецмероприятий запрещалось в эфире работать голосом. Общение только сигналами. Сигналы устанавливал командир группы.
Офицер, проверявший мою группу, убедившись, что экипировка личного состава в порядке, и что я, и мой заместитель задачу знаем (в спецназе задача личному составу группы ставится непосредственно у объекта, для того чтоб исключить утечку информации при потере кого-либо из состава группы при десантировании или совершении марша в район расположения объекта). Заслушал моё решение на проведение спецмероприятия и стал предлагать свой вариант решения. Стоявший недалеко командир отряда Нехимчук Б.Б. подошёл и потребовал, чтоб он прекратил на меня давить, оказывается "инструкция по применению частей и подразделений спецназ" запрещает кому-либо навязывать своё решение командиру группы. Командиру ставится задача, что и к какому времени выполнить, а как он это будет делать, он решает сам.
Задачу моя группа выполняла, и выполнила, в районе города Туркестан, это на юге Казахстана. Но на этих учениях я совершил большую педагогическую ошибку, которая мне долго потом икалось. Заместителем командира группы у меня был сержант Замахаев прослуживший в спецназе уже полтора года, парень был хорошо подготовлен профессионально. Я самого начала стал неправильно строить с ним свои взаимоотношения, пытался делать их дружественными. Что совершенно в армии недопустимо.
Армия держится на строжайшем соблюдении субординаций, и кто этого не понимает, будет бит. Армия не терпит фамильярности. Офицер, позволяющий своему подчинённому, да и вообще просто низшему по званию фамильярничать с собой, это не офицер. Офицер, позволяющий себе фамильярность, в отношении старшего по званию, это не офицер. Такова специфика армии.
Так вот на тех учениях я поставил группе задачу оборудовать днёвку, а сам, взяв с собой Замахаева, пошёл проверить прилегающею местность. Была вторая половина сентября в той местности довольно жаркая пора, и, проходя мимо одного из посёлков, я купил две кружки пива, себе и сержанту.
Первое, что это нельзя было делать на ученьях, и второе, с подчинённым, тем более срочной службы, это вообще недопустимо. Я тогда ещё не видел фильма "На войне как на войне", где отражается как раз такой вопрос. Ну и сержант в последствии, конечно, сел мне на голову, и правильно сделал. Когда я увидел, что надо всё ставить на свои места, ни тут то было, сержант стал настраивать против меня весь взвод. И даже понадобилось вмешательство Манченко В.А., это было мне уроком на всю оставшуюся службу.
В армии есть грубая, но очень точная поговорка: "Куда солдата не целуй, попадёшь в зад". Отношения должны строиться только на основе устава, и сочетать жёсткую требовательность с постоянной заботой о подчиненных.
Этой же осенью мне пришлось ещё раз самоутверждаться. Я уехал на воскресенье к жене в Ташкент, а отряд подняли по тревоге и отправили самолётами под город Аральск. Там была вспышка оспы, и отряд участвовал в блокировке района.