Много времени уделялось физической подготовке. Особенно кроссовой. Как у нас говорили: "Волка ноги кормят". Часто, со своей группой, я физзарядку проводил сам. Уходя вечером на тренировку на спортивную базу "Химик" группу тоже брал с собой. Тогда не у кого не возникал вопрос: "Почему я со службы ухожу в 18 часов, если рабочий день был до 19.00". Меня нет и группы нет. Ротный это поощрял. Ребята там занимались общефизической подготовкой, а я работал в зале бокса. Правда, до бокса я бежал 4 км на стадионе. А после бокса, тренажёрный зал и бассейн. Ну, солдатам больше всего, конечно, нравилось в бассейне плавать.
В этом бассейне я чуть не свернул себе шею. С бортика мог делать сальто. С пятиметровой вышки, полтора сальто, с входом в воду головой. Не было проблем и в прыжках с десяти метровой вышки. Со знакомыми ребятами, в конце тренировки, мы выделывали кто, что может. Я привык в детстве прыгать с разбега в канал, пролетая в длину на несколько метров. Сделал это и с десяти метровой вышки, решил народ удивить. И удивил. Пролетел над водой почти всё глубокое пространство и вошёл в воду в том месте, где уже начинается плавное уменьшение глубины бассейна. Вот в этот подъём я и врезался. Хорошо, что удар смягчили руки. Но удар головой все равно был очень сильный. Как потом рассказывали ребята, когда я всплыл, глаза у меня были ни какие. Они сначала решили, что я прикалываюсь. Но, видя то, что я еле доплыл до бортика бассейна, вытащили меня. Минут пять я даже разговаривать не мог, но, слава богу, голова была целая.
Эти походы в спортивный комплекс были для солдат и физической тренировкой, и возможностью психологически расслабится. Всё-таки сложно изо дня в день одни и те же лица, один и тот же распорядок дня, одна и та же территория, территория части. Очень важно изучить людей, чтоб знать, на, что ты можешь рассчитывать. И воспитывать у них уважение к Армии в целом, и любовь к своему роду войск в частности. Сложно, очень сложно молодым солдатам даётся на первых порах именно физическая подготовка, особенно кроссовая. И подходить здесь надо избирательно. Если парень никогда в жизни не бегал не надо пытаться за пол года сделать из него отличного кроссмена. Это не возможно, просто отобьёшь ему всякую охоту к кроссовой подготовке. Как мне кажется у меня достаточный опыт в этом деле.
В один из очередных призывов, прибыл ко мне в группу молодой солдат, Ибрагимов. Таджик по национальности, родился и вырос в сельской местности. Физическое развитие почти дистрофическое. Пробежать больше 200 метров не мог. На трассе начинал бежать на прямых ногах, плакал и говорил, что у него судорога схватывает ноги. Я пробежал с ним рядом, пощупал на бегу мышцы ног, они совершенно мягкие. Как у нас говорили солдаты, сачкует. Провели с ним работу, и я, и сержанты бегали с ним индивидуально, не спеша. Главное в кроссе поставить дыхание. И к концу первого периода обучения, это через пол года, на проверке, он уже бежал на твёрдую тройку. За которую мы его хвалили, хотя тройка в спецназе оценка не допустимая. К концу первого года службы он бежал уже только на отлично. И когда к нам приходило молодое пополнение, я просил его выступить и рассказать о своих якобы судорогах. Он, смеясь, рассказывал. Это было хорошее подспорье в воспитательной работе. Я уже выше говорил о том, что своих подчинённых надо знать. И когда их пытаются оболгать, даже не специально, вставать на их защиту.
Авторитет офицера в русской армии держится на трёх китах -
на доверии, на уважении и на любви. Доверие завоёвывается
профессиональными качествами - знаниями,
распорядительностью, находчивостью, осторожностью.
Уважение достигается честностью и высокой добросовестностью.
А любовь - заботами о подчинённых и защитой их интересов.
Из книги "Когда крепости не сдаются".
Был в роте хороший солдат ефрейтор Фомин, я уже был ротный. Старшина докладывает, что он не может выходить на физзарядку нога болит. Сказал отправить его в санчасть. Там освобождения не дают, говорят, что солдат здоров. Пошёл сам разбираться, начальник медслужбы бригады говорит, что солдат попросту сачкует. Но я то его знаю, если говорит, что болен, значить болен. Попросил его направить солдата на обследование в Чирчикский госпиталь. Начмед заявил, что здоровых на обследование не направляет. Я высказал ему всё, что думаю, о его профессиональной подготовке, и без направления сам повёз Фомина в госпиталь. Там его посмотрели и опять говорят, что здоров. Тут уж у меня сомнения появились. Но солдат клянётся, что болит нога. Попросил, чтобы ему дали направление в окружной военный госпиталь в Ташкент. И, что вы думаете, там находят какую то болячку, сейчас уже не помню, что именно, да это и не важно. Солдату делают операцию на колено.