В нашей книге по выживанию было написано: "Всё, что бегает, ползает, летает, и плавает пригодно в пищу". Мне в нагрузку от штаба бригады дали с собой начальника химслужбы. Видимо для того, чтоб присматривал за мной. Всё-таки он майор, а я старший лейтенант. Хороший офицер, но не спецназовец. Мне сразу сказал: "Игорь делай всё, что считаешь нужным, я тебе мешать не буду".
Разбросав группы по их задачам, я по дороге подстрелил двух зайцев, но для нашей компании это было маловато. Старшина роты, прапорщик Ломакин, с помощью силков из обыкновенной проволоки наловил штук восемь сурков. И мы сделали прекрасное жаркое, надоело уже сухие пайки кушать. Как мы не уговаривали майора, отведать блюда, он на отрез отказался, с обречённым видом сидел и в одиночку ел тушёнку из пайка.
На ночь мы устраивались следующим образом. Ломали саксаул, его вокруг было великое множество, а по теплоотдаче он уступает только углю. Так, что с дровами в пустыне гораздо лучше, чем в горах, да и вообще в пустыне проще работать, но это зимой, а летом всё на оборот.
Так вот накладывается большая куча из саксаула и поджигается, горит она часа два. Когда остаются тлеющие головешки их надо ровным слоем рассыпать по песку, толщиной сантиметров пять. Затем всё это засыпается слоем песка, сантиметров десять. И всё тёплая лежанка на всю ночь готова. Ребята даже куртки снимали, просто сверху укрывались ими. Но был и курьёзный случай. Среди ночи дикий крик. Просыпаемся и ничего не можем понять. Солдат вопит и бегает кругами, а из заднего места дым идёт. Его поймали и стянули штаны. Оказывается, он ночью крутился, крутился и задним местом песок разгрёб до самых углей. Меховые брюки начали тлеть. Солдат почувствовал боль, но спросонья не мог понять, в чём тут дело, вот и начал носится вокруг лагеря.
Последним этапом учений, для групп, было отыскание тайника. В котором, естественно, лежали пайки. Мы вырыли ямы, отдельно на каждую группу. Сверху закрепили саксаул, и замели все следы. Землю из ямы плащ-палатками унесли метров за 300. По радио дали группам координаты и описания тайников. Все группы проделали одно и тоже. Выйдя в точку вместо того, чтоб тайник искать по описанию, видимо очень голодные были. Бросались перекапывать пустыни в том месте, где был высыпан песок. Потом, минут через 30-40 видя безуспешность поисков, возвращались на исходную точку, и без труда минут за 10-15 находили тайник. Пустыня показала, что сапоги предпочтительней ботинок. Сапог выше, меньше попадает песка, да и если он туда попал его быстрее можно удалить. Сдёрнул сапог и всё, а попробуй, расшнуруй, а потом зашнуруй ботинок.
4.1.9. Граница.
В конце весны 1976 года Москва проводила проверку Среднеазиацкого пограничного округа, штаб его размещался в Ашхабаде. От нашей бригады привлекли две группы, обе возглавили командиры рот. Одной командовал Юра Цыганов, другой я. Юра со своими ребятами шёл через границу в районе г. Кызыл-Арвата, а я в районе Ашхабада.
Как порой странно закручивается судьба. Когда-то я здесь жил, учился. Отец охранял границу. А теперь мне, сыну пограничника, предстояло проверить надёжность этой охраны.
Меня и двух солдат, что я взял с собой, разместили в гостинице на территории какой-то мотострелковой части. Встречал нас с поезда и размещал офицер Ашхабадского разведпункта. Никто в штабе погранокруга не должен был знать для чего мы прибыли. Под вечер появился пожилой полковник пограничник, представитель Москвы. Он поставил мне задачу и вручил деньги на такси.
Нам предстояло, взяв такси, выехать из города и добравшись до железнодорожной станции Анау, это на восток от Ашхабада, уже пешком идти на прорыв границы. Когда мы выехали на восточную окраину Анау, я попросил остановить, водитель заволновался. Тут заволнуешься: ночь, окраина небольшой станции, и три здоровенные морды. А когда, выйдя из машины, мы пошли в ночь, он с любопытством смотрел нам вслед. Так как мы шли в некуда. Я повёл ребят на север, в сторону пустыни Каракумы. Когда машина, развернувшись, ушла, мы тоже повернули на 180 градусов и пошли к границе. Шли вдоль дороги, я не имел права выбирать маршрут, а идти только так, как мне было приказано. Шли весь остаток ночи, прячась в ямы и кусты при прохождении редких машин. Под утро я увидел впереди КПП пограничников, они на нём проводили досмотры машин и людей. Сделав большую петлю, мы обошли КПП и прямо по дороге пошли в сторону кишлака. Уже было совершенно светло, и прятаться было бесполезно. До границы оставалось 5-6 км. Нам была поставлена задача, зайти в кишлак и спросить где граница.