Глава 1
Утро выдалось пасмурным. Всю ночь лил дождь, закончившийся лишь, когда я бежала на автобусную остановку. Погода буквально вторила моим чувствам. Вчера я узнала, что Игорь мне изменяет. Было больно. Особенно тошно было от его безразличного «А что такого? Я же мужик».
Холодный ветер задувал под юбку, и в подошедший автобус в поисках тепла я кинулась первой. Как обычно в этот час он был битком набит спешащими на работу людьми. Теснота такая, что хочешь, не хочешь, а к кому-нибудь прижмешься. Или к тебе прижмутся. Раньше меня это раздражало, но сейчас я была рада. Так точно согреюсь и, может, отступит то дикое чувство одиночества, что поселилось вчера во мне.
Прямо передо мной оказался высокий парень. В спину толкнули, и от неожиданности я вжалась в него. Он лишь чуть насмешливо хмыкнул и молча посмотрел в окно поверх голов других пассажиров.
«Красивый» мелькнула мысль. Прямой нос, темные глаза, короткая спортивная стрижка. На шее сбоку татуировка – голова какой-то хищной птицы. Небольшая по размерам, где-то сантиметра три в диаметре, да и нарисована схематично.
Мой нос уловил терпкий запах мужского парфюма. Да такой, что мне захотелось вдохнуть его поглубже, насладиться им. Но мешали запахи других пассажиров. Неосознанно я потянулась вперед, к парню… Сзади снова надавили - новая остановка и новые пассажиры, отчего мой носик уперся ему в грудь. Под тонкой тканью футболки я ощутила горячее тело. И пусть кроме футболки на парня была накинута кожаная куртка, но сейчас она была расстегнута.
Автобус дернулся, трогаясь с места, и я чуть не поскользнулась. Упасть, может, и не упала бы, в такой-то давке, но пару синяков от локтей да сумочек окружающих вполне могла заработать. Спас меня парень, в которого я уткнулась носом. Он легко придержал меня за талию и еще крепче прижал к себе.
- Спасибо, - пискнула я.
Было одновременно и неловко и очень приятно. Крепкая мужская рука так и не отпускала меня, прижимая к себе. Сам парень держался за верхний поручень и не испытывал никакого видимого неудобства от того, что держит в равновесии сразу двоих в переполненном автобусе.
Проехав еще пару остановкой, я вдруг поняла, что не знаю, где точно мы едем.
- Не подскажешь, какая остановка? – рискнула я спросить своего нежданного попутчика.
Вырваться из его объятий я даже не пыталась. Мне было очень комфортно. Накатило чувство защищенности, какого я давно не испытывала с изменившим мне Игорем.
- А тебе какая нужна? – впервые подал он голос.
Очень приятный баритон. Я машинально назвала свою остановку, желая, чтобы он снова хоть что-нибудь сказал.
- Тогда, тебе на следующей, - выполнил он мое желание.
«На следующей? – промелькнула мысль, вернувшая мою грусть. – Уже? Так не хочется расставаться. Вот бы он меня так всю жизнь держал в объятиях и не отпускал».
Автобус проехал еще пару минут и начал тормозить. Давка не собиралась ослабевать, и мне пришлось бы поработать локтями, если бы не незнакомец. Он уверенно, как ледокол, двинулся к выходу, не разжимая объятий, и протолкался вперед.
- Удачи, - улыбнулся он мне, когда двери автобуса распахнулись.
- Спасибо. И тебе, - улыбнулась я в ответ и неохотно сошла под вновь заморосивший дождь.
В груди бухало сердце. Его руки… запах… улыбка… Они стояли передо мной, словно он все еще рядом.
- А я даже не спросила, как его зовут, - прошептала я с горечью.
Встряхнувшись, я все же смогла взять себя в руки и пойти на работу. Глеб Иванович опозданий не прощает. Да и стоять и выслушивать его нравоучения, ощущая на себе похотливый взгляд этого толстяка – удовольствие ниже среднего.
Я не опоздала. Но все равно весь день все буквально валилось из рук. Мысли метались то к воспоминаниям об автобусном незнакомце, вызывая приятную дрожь по телу, то к Игорю и его предательству, навевая обиду и грусть.
Игорь звонил мне. Хотел встретиться. Не верил, что я вчера всерьез сказала ему, что мы расстаемся. После третьего звонка я уже перестала брать трубку, а его номер занесла в черный список. Каждый его новый звонок только усиливал чувство обиды и непонимания. Чего ему не хватало? Почему все получилось… так?
- Терентьева, - раздраженным голосом позвал меня Глеб Иванович. – Ты меня слышишь?
- А? – я встрепенулась и огляделась.