Рассказы уже удалось напечатать. Не в очень презентабельных изданиях, но важен факт публикации, имя типографскими буквами… тюк-тюк-тюк. Пусть даже нонпарелью — типографским шрифтом мельче петита. Важен факт, это самое… тюк-тюк-тюк. Пусть даже в «Вопросах питания». Не за горами другие издания — вверх по лестнице, ведущей наверх, скромненько, не у перил на виду у всех, а по стеночке. От «Вопросов питания» к «Вопросам литературы». Наступит момент — и рука на перилах, пальцы крепко в обхват. А пока что — по стеночке. Распластавшись.
Вам, светочам, нужен талант? Ну конечно же. Что такое талант? Всего лишь античная денежная единица. Не поленитесь, загляните в словарь. Кредитный знак. Монета. У кого единиц больше, у того соответственно талант крупнее. Вся виртуозность, все рассуждения о высшем благе, жертвенности. Монета заслонит любую яркую звезду, если ее держать перед глазами.
Виталий носил очки с большим количеством диоптрий, поэтому его не призвали в армию. Специальных никаких действий к тому, чтобы освободили от армии (кристальная чистота биографии!), не предпринимал. В военкомате выдали белый билет. Тогда он и начал подумывать о литературе серьезно. Отец работал в магазине фирмы «Весна» гравером, но умел делать и ювелирные изделия. Еще когда Виталий отбывал школу, отец пытался приучить его к работе ювелира. Виталию быстро опротивели сидения с резцами, щипчиками, пилочками, зубными борами, паяльными аппаратами. Сослался на зрение, чтобы не обижать отца, и отказался быть ювелиром, тем более гравером. Попытался поступить в Литературный институт. С ходу, дерзко. Не получилось. Но прошел в МГУ на филфак. Компенсировал. Решил заняться второй частью жизненной программы — начал собирать людей, коллекционировать тех, кто ему был нужен, полезен. Тоже составлял картотеку, персоналий, Строгий отбор. Селекция. Одним из первых взял на учет писателя Йорданова. Внимательно прочитал его рассказы и повести. В особенности ранние. Прочитал два романа: «Праздник» и «Актовая лекция». «Праздник» — сочинение о молодежи. Отсутствует реальность, какое-то воздухоплавание, и отсутствует современный молодежный язык. Не знает его Йорданов. Получилась шелуха на две сотни страниц. У Лощина в картотеке собраны образцы сленга — пальчики оближешь. Выбрал из полсотни книг, не меньше. Когда-нибудь суммирует в повесть о молодежи. Героиней сделает современную девушку. Есть такие девушки с тревожным запахом созревания и духов. От женщины всегда должно пахнуть хорошими духами. Почитайте французов, поймете. Чтобы любое произведение ожило, надо вводить плоть, так сказать — мякоть, не стесняться. «Актовая лекция» — ничего роман, сделан солидно о солидных людях. Намечены кое-какие нравственные положения. Представляет капиталец в четыре сотни страниц. Потом Виталий задумал написать Йорданову письмо «о прочитанном». Написал, но в последний момент решил — слишком это прямолинейно и по-детски. Письмо не отправил. Надо поступить иначе. Путь в семью через дочь — верное дело. Виталий пришел в театр посмотреть Гелю. Был спектакль «Теплое течение Гольфстрим». Пьеса состряпана каким-то придурком по фамилии Горбик, хотя и ничего состряпана, и доченька Йорданова тоже ничего в спектакле, вся в мини. Люксовый стоп-кадр. Увидел ее недавно в телевизионной постановке. Роль небольшая, но с несколькими крупными планами. И снова в театре — в переводной пьесе «Вечеринка». Танцует прилично, гибкая, быстрая. Дразнит, хотя, очевидно, не подозревает об этом. Из наблюдений за Гелей давно понял, что ее постоянный партнер будет основным препятствием. Требовалась осторожность. Рюрик мог все испортить. В нем было много такого, что не совпадало с Виталием. Они были несинхронными, хотя абсолютно городскими и, без сомнения, московскими ребятами. Знакомство с Гелей и сближение с ней — не такая простая задача. Начал наблюдение издали, чтобы составить психологическое досье. Может быть, и приучить к тому, что некий молодой человек бывает у нее на глазах. Ходил за ее симпатичными и, к счастью, не спрятанными платьем ножками. Многое узнал — добрая, привязчивая, друзей, как это ни странно, имеет небольшое количество; не тщеславная, как это тоже ни странно, подлинной цены себе не знает; застенчива, на призывные взгляды на улице не отвечает, себя никак не подает. Не любопытна, не инициативна, потому что растворяется в толпе, идет одним шагом с толпой. Рюрику подчинена полностью. Важный факт в наблюдениях. Понял в баре, куда проник, наблюдая за Гелей. Решил — не надо самому стремиться знакомиться с Гелей, пусть это произойдет с участием третьего лица, но не Рюрика, конечно; Саши Нифонтова или еще кого-нибудь.