Но правда же... у меня язык не поворачивается перейти на "Вы", и не пойму причину этого. Я всегда держу субординацию со всеми и не позволяю себе тыкать даже мимолётным сотрудникам, занимающимся распределением тиража. Ну да и ладно! Будем думать, что это я его разжаловала до низшего звена, а не он чего-то там добился.
Однако к одиннадцати часам и пятидесяти семи минутам я пытаюсь храбриться, но всё-таки уточняю, доедет ли до сюда машина. Ответ сомнительный да и ценник в приложении за это время почему-то повысился, намекая на расценку перед новогодними праздниками, и перевалил за полторы тысячи. Чокнуться можно!
А ещё этот шкаф зевает, не уходя в какую-нибудь там темницу спать и явно выжидая, когда я сдамся.
Чёрт... ну не ночевать же с ним тут, да? Или как? Может, уехать и приехать завтра пораньше? Но я, как минимум, час буду ждать машину, потом ещё полтора ехать до своего дома, а там уже и утро. Твою-то мать... развернувшись в его сторону и отметив развалившуюся тушку пёселя возле дивана, что поднял морду на моё движение, перевожу взгляд на хозяина, погрязшего в свете своего смартфона, и решаюсь прокашляться.
— Эй, - говорю я.
Хмыкнув, приподнимается, повернув голову.
— Что?
— А тут есть машина?
— С такси не прёт? - Пробует уколоть.
— Я просто спрашиваю! - Пробую оправдаться и защититься.
— Трактор, Кис.
И я вспоминаю... но это же тоже транспорт, который едет. Так что шанс есть. Натягиваю улыбку и с придыханием уточняю:
— А он довёз бы меня до города?
Мужлан, ухмыльнувшись, садится и, как мальчишка, кладёт руки на спинку дивана, тут же сцепляя их и положив голову. Это очень странно выглядит, учитывая его силищу, но всё же продолжаю смотреть.
— Так доедет?
— Часа за четыре, Кис.
— За сколько!? - Я от шока даже не могу негодовать...
— Двадцать километров в час.
— Сколько!?
И пока он смеётся, у меня вырывается:
— Что таак мало-то!? Ты мне не сказал... ты знал, да? Знал?
— А на что ты надеялась? Я предлагал автобус...
— Да мало ли что ты предлагал! Я тут застряла! В глуши! С тобой.
Он чуть приподнимает бровь и выдыхает, повторяя чуть тише и почему-то очень лично:
— Ты пока тут застряла. В глуши. Со мной. - Кивает в сторону окон. - А ещё на улице начинается пурга, Иси-кэт.
Я вспыхиваю, чуть не грохнувшись со стула. Вскакиваю и выставляю палец, начиная шипеть, аки редкостная гадюка...
— Это ты! Ты! Я всё правильно поняла! Ты ей пишешь эти гадости, да!?
Только он почему-то смеётся, сам признавшись и назвав мой ник, который точно узнал из-за моих недавних сообщений всем этим ненавистникам.
— Успокойся.
— Фу! Я с таким как ты даже говорить не буду, понял?
— Не говори.
— И не буду, ясно!?
— Не говори, - опять повторяет он.
— И вообще-то "Ice Kitty", понял? Айс!
И он выпрямляется, не отрывая взгляд от моего лица. Мне не нравится эта улыбка, словно наш разговор его забавляет. И он точно относится ко мне, как к игрушке, а это я должна торжествовать и спасать Мэри от этого сумасброда.
— То есть, не от "Таисия"? - Тихо уточняет он.
Прикусываю губу, почему-то начиная краснеть. Прекрасно видит это и всё же не переводит тему:
— Кошечка...
Я сглатываю и выдыхаю...
— Это было много лет назад, а изменить ник там нельзя.
— Да я понял, - отвечает, тут же отвернувшись и встав с дивана.
И зачем тогда меня мучить? Я этим никнеймом вот вообще не горжусь! Это было написано по глупости и не в самом трезвом состоянии ещё на втором курсе университета, так что грехи юности нельзя вот так припоминать!
— Ты же сам ещё хуже, - намекаю на хейт.
Кивает, вздохнув и почему-то признав свою вину.
— Ты права, я ещё хуже.
Но не даёт торжествовать, уходя в ту самую дальнюю комнату. Спустя пару мгновений возвращается и бросает на диван постельное бельё вместе с подушкой. И мне видимо нужно принять неизбежное, так что... пора выставлять границы.