Мэри Смит: "Благодарю за поддержку, но стоит уважать мнение другого человека, моя дорогая."
Мамочки! Я так и знала, что для неё что-то значу! Улыбнувшись чеширской кошечкой, прижимаю телефон к сердечку, но тут же себя одёргиваю... так, в смысле "мнение другого человека"!? Да разве это мнение? Это хейт. Самый настоящий! И почему она такая добрая!? Пригрела же змеёныша у себя на груди...
И помяни чёрта, этот амбал как раз проходит возле окна, утаскивая оставшиеся дровишки. Фыркнув, демонстративно отворачиваюсь от него (будто он это заметил) и снова смотрю на её комментарий. Потрясающе! Как же я соскучилась! А было время, когда она отвечала на каждый мой оставленный... правда тогда она ещё не была так известна и только набирала свою популярность. Наверное, у неё было больше времени. Да и боюсь представить, как она вообще справляется со всем здесь! В царстве несносных мужиков.
Всё же нельзя упускать момент и надо бы что-то ответить. Но что?
И именно над этим вопросом я задумываюсь, не замечая, как в доме появляются жуткие и ужасные приживальцы. Псина снова обнюхивает мне пятку, пощекотав её сырым носом, а этот... ругается из прихожей.
— Кис, ты вещи нормально сложить не могла?
Вещи? Какие вещи? А... точно.
— Ради тебя не могла.
Слышу, как он вздыхает и, видимо, складывает всё сам. Проходит в зал, демонстративно прокашлявшись. И я всё-таки даже изволила приподнять голову, чтобы увидеть, как этот уже снявший верхнюю одежду Мишенька сделал ручки свои огроменные в боки и оперся плечом о дверной косяк, демонстративно прищурившись и скривив губы.
— Что ты так на меня смотришь? - Произношу, наконец справившись с его псом.
Тот даже лёг рядом, не желая убегать к хозяину. И как бы я не относилась к этой собачке, чувствует же пёсик, кто из нас лучше и добрее... и у кого аура чище!
— Тая, - выдыхает моё имя мужик.
Аж сажусь на попу, скрестив ноги на покрывале.
— Что?
— Ты поставила чайник?
Видимо, ответ был написан в моих глазах, потому он демонстративно взглянул вверх и помотал головой, явно думая про меня что-то не особо хорошее.
— Ну... там же печка.
— И что, Кис? - Отрывается от косяка и обходит названую кочегарку.
— Там горячо. Очень! Мне хватило твоего гуся и дров! Я вообще-то могу обжечься, разве ты не понимаешь?
Он даже не обернулся, словно сейчас я оправдывалась не для него. Подошёл к холодильнику, заглянул по-хозяйски внутрь. Вздохнул. Вытащил оттуда всё тот же апельсин, положил его на раковину и обернулся ко мне.
— Я тебя выпровожу сегодня, Кошкина?
Мотаю головой, вцепляясь руками в край дивана.
— Точно нет?
Киваю, чувствуя какую-то подоплёку.
— Какое сегодня число? Тридцатое?
Ну сам же всё знает!
— И ты до сих пор ждёшь свою Мэри Смит?
— Ну конечно! А ещё жду, когда ты скажешь, куда её дел!
Миша потирает переносицу, вздохнув и еле слышно пробормотав:
— Да никуда я её не девал, глупая...
— Ты кого глупой назвал!?
— Да господи, Кошкина! - Вздыхает он и отворачивается к шкафам.
А мы вообще-то не заканчивали... но всё же даю ему заварить нам вкусненький чай и, как только этот амбал ставит две чашки на стол и достаёт уже знакомые пряники, срываюсь к нему. Оккупирую уже знакомый стул и даже улыбаюсь в знак признательности за съестное. Но спросить очень хочется...
— А ничего больше нет?
Миша отвлекается от рассматривания ложки в чашке, убирает руку с лица и выпрямляется, чуть отстранившись. Смотрит на меня миг, второй...
— Чего? - Уже не выдерживаю. - После того, что со мной произошло... и прояви ты хоть каплю сочувствия! Я же тебе даже помогла! И ни слова не сказала против твоих методов работорговли...
Видела-видела, сейчас улыбнулся, но тут же спрятал улыбку за маской уставшего мужланистого медведя. Улыбнувшись в ответ, решаю спросить ещё раз:
— Мы вообще будем сегодня ещё нормально кушать? Или ты только завтракаешь? По тебе незаметно...