— И так сойдёт...
Собака довольно улыбается, выставляя свой шершавый и пресловутый язык. Его моё творчество вроде устраивает... я решаю рискнуть собственной ладонью и даю ему облизнуть палец с этой жижей. Пёс точно доволен! Ура! Мы на верном пути!
— Да ты мой хороший Джек...
Ой, вот не стоило его хвалить. Мне приходится даже отвернуться, лишь бы псина перестала скакать рядом. Так... что сюда ещё надо-то? Соль? Не заметив ни одной солонки, сдаюсь этому всезнающему мужику:
— А соль где?
— Верхний шкаф рядом с индукционкой.
Нужное находится. Так... сколько сыпать-то? Зачерпнув уже упомянутой ложкой, пробую её на вкус и прям кривлюсь, сплёвывая в раковину рядом. Но псина до сих пор в восторге... а в готовке он сечёт явно лучше, чем я. Решаю высыпать так, как есть. И это опять размешивать? Да блин... да пусть сама растворяется! Сахар же в кипятке растворяется, и эта должна...
Ну всё, наверное.
Про сковороду не спрашиваю, ибо их набор уже видела в нижнем шкафчике. Вытаскиваю самую большую, подумав, что так будет явно быстрее. И включаю плиту... почти с первого раза. Ставлю тяжеленное орудие убийства и добавляю температуру. Ну вот, всё, теперь можно и готовить.
***
Просипев и стерев слёзы, кладу голову на руки, разложенные по столу. Стоя ко мне спиной и явно проклиная меня у раковины, в которую я случайно уронила эту субстанцию, заодно разбив об керамику стеклянную миску, этот Миша до сих пор пытается спасти сковородку, которую получилось так удачно сжечь. Ну кто ж знал, что оладушки надо переворачивать? А когда я это поняла, они уже не хотели переворачиваться. Им и так было нормально вонять на весь этот огромный дом и чадить так, будто я затеяла сварить адово зелье. Нет, мама была определённо не права!
Мужлан этот... мог бы и прийти раньше. А не соскакивать ко мне под звук разлетающейся на осколки посуды. Я бы, может, даже сдалась, а так пришлось страдать ещё и моим пальцам! Лучше б порезалась... но нет, чертово горячее масло! Заскулив и посмотрев на красные волдыри, шиплю и падаю на руки обратно. Ну всё против меня! Не видать мне живую Смит...
Кстати, это сойдёт за травму производственную? Ну на работе же. Надо будет поинтересоваться. Может, хоть денег заплатят, пока меня окончательно не турнули с работы.
А ещё этот Миша точно зол. Вот положил сейчас эту сковороду прямо в остатки жижи и ушёл куда-то в сторону ванной. Ну я же не специально, честно! Закрываю лицо руками и тут же снова скулю - больненько... чёртов дом! Сначала лицо, штаны, пятка и теперь пальцы... я вообще выберусь отсюда живая?
— Что у тебя там?
Аж вздрагиваю, снова не почувствовав, как рядом материализовался этот русский медведь. Поворачиваюсь к нему и выставляю свои пальцы, жалобно шмыгнув. Тот ставит какую-то пшикалку прямо рядом с моим носом, мотает головой, округляя глазищи и уходит за уже знакомой аптечкой.
— Выставляй руки...
Я решаю, что уже натворила достаточно дел и пора бы послушно выполнять указы. Тот как раз успевает достать из коробки какую-то мазь, ловко передвигает стул, поставив его рядом с моими ногами, и садится, тут же подцепляя своей ручищей мои болящие пальцы. Выдавливает мазь и вздыхает, пока я пищу от боли, приченённой его касаниями.
— Терпи.
— Да я терплю!
Он отрывает взгляд от рук и смотрит на лицо, сжав губы.
— Что?
— Плохо терпишь.
Прищурившись, думаю найти хоть какие-то слова, но все мысли гаснут, когда этот мужлан вдруг приближается и выдыхая касается своими пальцами моей оправы, стаскивает мои очки, стирая границы и очертания.
И зачем-то проводит своей ладонью по моей щеке, заставляя теряться... я даже забываю дышать, чувствуя себя странно потерянной.
— Мука. - Говорит тихо, гортанно и до ужаса притягивающе.
Возможно, это всё моё зрение виновато, но сейчас он не кажется мне пугающим, ему даже хочется довериться, не отдаляясь от замершей руки, но разве... разве он может мне нравиться?
Лист 15. Слишком много
Миша.
Касаюсь её щеки, думая, что мне делать.
Когда она плачет, со мной происходит что-то не то. Или я уже за столько лет обписался женских романов, что при столкновении с женщиной веду себя как типичный романовский мужик. И лучше бы эпохи царей и императоров, а не это всё.