— Точно! Святое провидение, Миша! Как видение снизошло...
Не получив заветную реакцию, приоткрывает один глаз, находит им меня и начинает громко хохотать.
— Ну Воронов! Ну тебе сложно что ли? Ну я ж чувствую, что она у тебя там. Бери из багажника всё и заноси! Ещё спасибо скажешь...
Вздохнув отнекиваюсь.
— За что спасибо говорить?
— За неё. - Стучит маникюром по рулю и снова заглядывает на меня.
— Так всё-таки ты ей всё рассказала? - Улыбнувшись, хватаюсь за подводку, хоть и знаю правду.
Сестра растягивает алые губы и вздыхает, стрельнув ресницами.
— Вы просто идеальная пара!
Я аж начинаю давиться от этой фразы, но вдруг замираю, увидев неописуемую красоту. Эта маленькая кошка высунула свой нос из-за угла и, просканировав территорию и согнувшись, зашагала в нашу сторону аккуратным страусом. И мне тяжело не смеяться от того, как она смотрится в моем ватнике, своих джинсах и Лизиных валенках.
Сестра, видимо, решившая проследить за моим взглядом, охает и добивает:
— Я ж говорю, прям твоя половинка! Как увидела её, поняла, ты вторую такую не найдёшь, Миш!
— Да мне бы от одной отделаться.
— Ой да слюбится-свыкнется, - не к месту уточняет она, так и не желая выбираться из авто.
Этот маленький тонконогий страус, зря не надевший очки, наконец добирается до нас, ещё не зная, что за трактором как раз гуляют утки. С Ромой. Куда я его дену? Потому приходится вздохнуть и отправить Джека следить за селезнем:
— Джек, утки.
Собака слушается, отходя к заднему колесу, как раз в тот злосчастный момент, когда Тая оказывается возле морды авто. Демонстративно долго осматривает бампер, кривит губы, затолкав руки в мои карманы, и наконец смотрит на меня.
— Ах вот ты где, - шипит страусёнок.
— И тебе доброе утро.
— Ты сбежал, да!?
Пока я не решаюсь думать, откуда мог сбежать, указываю взглядом на водительницу, вдруг решившую откинуться на спинку сиденья и прикинуться Лениным.
— Поздно, Лиз.
Кошкина вытягивает шею и всматривается в стекло... замечает ту, которая нервно тыкает на кнопку стеклоподъёмника... меняется в лице, становясь свирепой и неземной:
— Ах ты поганая шарлатанка! - Начинает шипеть, подлетая и отпихивая в сторону меня. Дёргает только что щёлкнувшую дверь и продолжает свирепствовать. - А ну открывай! Это всё ты! Из-за тебя всё! Ведьма ты драная!
Ну да... точно... прям моя половина.
Лист 22. Шарлотошная ведунья
Кошкина.
И меня затаскивают в дом на выставленных руках точно так, как я поступила с тем комком шерсти. Теперь мне даже чуточку стыдно перед этой пародией собаки! Та, кстати, нас ждёт в коридоре, хотя я точно закрывала её в зале. Вопрос, как эта пигалица открыла здесь дверь, - до сих пор для меня не ясен.
Зато Лизавета Константиновна мигом появляется в дверях, стоит этому Мише меня усмерить. Он ещё и шикает каждый раз, стоит мне только захотеть что-то сказать ей. Конечно же, мой рот ещё не произнёс и слова чего-то порядочного, но та это явно заслужила! И эта... чёрная грация с чернявым причесоном, чернющей подводкой, чернюшной одеждой и чернявым взглядом глядит на меня с прохода и поглаживает присмеревший кусок рыжих завитков.
— Знаешь, что, Таечка, - вдруг начинает она, заставляя Мишу удерживать меня крепче.
— Что!? - Со всей яростью пытаюсь не вынуждать хозяина дома опускать руки.
— Я не понимаю, чего ты так на меня обозлилась! - Совершенно невинно говорит шарлатанка, обещавшая мне золотые горы.
— Ах Вы не понимаете? - Шиплю, но осекаюсь от погрустневшего мужского взгляда. - У Вас склероз? Я тут из-за вас!
Мадонна смеётся и мотает головой, вздыхая и продолжая поглаживать шкурёнку.
— Ты тут из-за того, что так угодно всевышнему!
И слушать такое от ведьмочки, на шее которой красуется какая-то явно языческая лабуда, - такое себе удовольствие.
— Я тут из-за того, что Вы сказали, мол у меня с Мэри есть шанс...