Михаил:Конечно.
Люда:Ну, знаете, люди разные бывают.
Михаил:Неужели... Можно еще компоту?
Люда:Да вы не стесняйтесь. Хотите есть?
Михаил (он залпом выпил компот): Нет, с-спасибо.
Люда:Снотворное, эфир, могу удавить небольно. Что выбираете?
Михаил:С-снотворное.
Люда:Вам все равно, что будет с телом?
Михаил:Я... я не думал об этом...
Люда:Подумайте. Надежней всего - расчленить и сжечь. Никаких следов не останется. Правда, не все соглашаются. (Михаил слушает Люду, полуоткрыв рот) Можно растворить в негашеной извести, но сейчас она у меня закончилась. На кладбище я вас, сами понимаете, не повезу, и в степи могилу копать не стану - могут увидеть.
Михаил:А... еще где-нибудь м-м-можно?
Люда:Ну не в огороде же! Можно в море. Зашить тело в мешок, привязать груз и километра два отплыть от берега на лодке. Но тут есть одна сложность.
Михаил (заворожено):К-какая?
Люда:Мне будет тяжело грести, тем более, если ветер поднимется. Поэтому грести придется вам. Убью вас в лодке, уже на месте, там же и зашью. Решайте. Дома, конечно, комфортнее...
Михаил:Я... я могу подумать? Так сразу... я не ожидал...
Люда:Ну, разумеется. Отдохните во флигеле - там кровать, чистое белье. Извините, что в дом не приглашаю, там у меня клиентка.
Михаил:Жи-живая?
Люда:Живая, но проблемы со здоровьем теперь будут. В самый последний момент передумала, если б хоть на десять секунд раньше! Мне-то все равно, а у ней красоты поубавится. В общем, отдыхайте, я тоже спать пойду, а вечером, если ничего не надумаете, свожу вас на экскурсию, есть еще подходящие места.
Оставив Михаила, Люда заходит в дом, приоткрывает дверь в комнату
Виктории. "Вика, Вы не спите?" - негромко окликает. Не услышав ответа,
тихонько входит. Виктория спит. Люда выходит на цыпочках и ложится на
кровать в бабушкиной комнате, свернувшись калачиком.
Михаил во флигеле разбирает дорожную сумку - аккуратно вытаскивает
несколько потрепанных общих тетрадей c номерами 1, 2 и т.д., большую
деревянную шкатулку, костюм в прозрачном целлофановом пакете, резиновые
"шлепанцы", моток веревки. Взяв тетрадь под номером 5, Михаил садится к
столу, открывает ее, пишет: "Вот и все. Прости, что не дописал тебя до конца, но
ты должен умереть первым. Ты был моим единственным другом, выслушивал
все мои бредни, хранил мои стыдные тайны. Ты знаешь, я могу говорить с тобой
бесконечно, но у нас мало времени. Прощай, Дневник." Отложив дневник,
Михаил открывает шкатулку - там лежит курительная трубка, две аудиокассеты,
старые письма, золотые часы с одной стрелкой, его фотография с женщиной и
мальчиком лет трех, фотография девушки с длинными волосами.
Михаил перебирает предметы, перекладывает их в шкатулке, его взгляд
задерживается на цветной открытке с надписью "Привет из Ялты", на обороте он
читает: "Мой любимый Мишенька..." Михаил смотрит прямо перед собой
невидящим взглядом.
Художник Гена устроился в степи - он полулежит у подножия песчаного холма с
бутылкой дорогого рома. Гена что-то мурлычет, прихлебывая ром и вдруг
замечает человека, идущего прямо на него. Это Михаил. Он несет дневники
и шкатулку, связанные веревкой.
Гена (приподнимаясь): О! Ко мне гость пожаловал!
Михаил останавливается (он только сейчас заметил Гену): Из-звините...
Я п-пройду...
Гена (с интересом разглядывая Михаила): Все мы должны пройти через прах.
Да... твоя жизнь только тебе по плечу. В историю уходишь, как
броненосец "Потемкин"!
Михаил (ошеломленно): Что? Вы м-мне??
Гена (акцентируя букву М): Мморе, мматушка, пламмя, ммузыка... Буква эммм - понимаешь? Ммыслить - это как по ммаслу! А ддумать - ддурно, это коричневое с бордовым. Ты, мужик, думаешь много. Да ты присядь, рома хочешь? Хотя тебя лучше молоком отпаивать.
Михаил:С-спасибо, мне н-надо... Из-звините. - Михаил уходит.
Гена (кричит ему вслед): Тебя, мужик, город высосал, бежать оттуда надо! Ты же труп, мужик, у тебя все цвета сглажены! Ты мертвец!
Михаил озирается, стоя посреди степи. Никого, только вдалеке пасется стадо
овец. Он выкапывает неглубокую яму в песке, развязывает веревку, в центр
ставит шкатулку, обкладывает ее со всех сторон дневниками, достает из кармана