- Лев Львович! Ради Бога! Нельзя так разговаривать с актёром! – взывает режиссёр.
- Витя, мы теряем время, - оператор нервно закуривает, смотрит на небо, -
после обеда дождь обещали…
- Нельзя так играть! Он играет меня, а я таким не был, – не сдаётся Лев Львович. - Вам ясно, деточка? – спрашивает он у главного героя.
- Ясно, Лев Львович, – покладисто отвечает юноша.
Старичок направляется к своему стульчику.
- Вить, я так работать не могу. Старикан совсем озверел, – тихо говорит оператор, дождавшись, пока Лев Львович отойдёт на достаточное расстояние.
- А кто предложил его усыпить? – мрачно произносит режиссёр, глядя на оператора.
- Так кто ж знал?! – оператор с досадой бросает окурок.
СЦЕНА 25 «Бутафорский цех» Интерьер. День.
Окровавленные останки человеческих тел, выпученные глаза, зияющие раны… На столах разложены латексные головы, руки и ноги разной степени готовности. Кудрявый парень лет двадцати раскрашивает одну из голов, девушка работает над рукой с отрезанным пальцем. Вася, то и дело позёвывая, беседует с другим молодым человеком, длинные волосы которого собраны в хвост.
- А ручки-ножки для кого делаете? – интересуется Вася. - А-а-а-а…(зевает) Спать хочу.
- Давай тебе кофе налью, - предлагает длинноволосый.
- А-а-а-а… Не поможет. Я чашек пять уже выпил… - Вася берёт в руки одну из заготовок, рассматривает. - Похоже, у Феллини конкурент появился… Что за сериал?
- Да фильм про войну, «Страх и любовь» называется. Этот снимает, как его… Колесников. Точно не будешь? - длинноволосый парень насыпает себе в чашку растворимый кофе, пробует, не остыл ли чайник, наливает в чашку воды.
- А, Виктор Иванович…. Нормальный мужик, я его знаю. Не, кофе не буду. А-а-а-а… Колесников дельный мужик…
- Слушай, напомни мне анекдот про лысого медведя. Я Ленке своей хотел
рассказать и это…- отхлёбывает кофе, - помню, что прикольный, а сюжет
забыл.
В дверь деликатно стучат.
- Открыто! – кричит длинноволосый.
Стук повторяется. Парень идёт к двери с чашкой кофе, открывает. За дверью стоят студенты Мучникова.
- Здравствуйте! – бодро произносит девушка с разноцветными волосами. - Мы студенты Глеба Петровича Мучникова! Вот. Можно, мы посмотрим?
- Чего-о? – обалдевает длинноволосый. - Чего посмотрите? Какого ещё Мучникова?
- Как какого?! Режиссера Мучникова. Глеб Петрович сейчас уехал на съёмки и сказал, чтобы мы сами…
- Да не знаю я никакого Мучникова! – перебивает девушку длинноволосый. - Всё, до свидания…
Парень хочет закрыть дверь, но в этот момент к нему подходит Вася. Среди студентов, столпившихся за дверью, он видит Дмитрия и Ивана.
- Привет, ребята! – машет им Вася рукой.
- Здравствуйте! – машут ему в ответ ребята, расплываясь в улыбках.
- Ты чо, их знаешь? – поражается длинноволосый.
- Ну да, это точно студенты. Отличные ребята. Да пусть посмотрят, жалко тебе, что ли?
«Ну, пожалуйста!», «Мы ненадолго!», «Нам так интересно»… - просят студенты, а некоторые уже пытаются заглянуть в мастерскую.
- Ну ладно … - соглашается длинноволосый. - Только быстро и чтоб ничего не трогали!
СЦЕНА 26 «Лягушки» Натура. День. Лето
«Раздвоение личности», кадр пятнадцать, дубль три » - написано на хлопушке. Женская рука стирает цифру «3», пишет «4».
- Соберись, Гога, так нельзя, мы переводим плёнку… - нервничает Игорь Данилович. - Это же простой кадр! Если так дальше пойдет, нам в Канны нечего будет везти … - пытается он пошутить.
Гога, Игорь Данилович и оператор стоят на асфальтовой дорожке рядом с камерой. Мужчины-близнецы в красных шортах катаются по дорожке на велосипедах, члены съёмочной группы, собравшись вместе, о чём-то оживленно беседуют.
- А что я могу сделать, если она не так прыгает?! – раздраженно
оправдывается Гога. - Вы же сами видели, первая вообще не прыгала, вторая