Така государственная политика в медицине, только вона тайная. Шоб все слабые
вымерли и не давали потомства, ясно? От приходишь ты в полихлинику, врачи тя
обследують, рентген, то-се, назначают процедуры, можэ и операцию, или таблетки
якись, и усэ… тебе кронты. Шоб була здоровая нация. Шоб осталися только
нормальные гены. Я думав в Очакови кардиограмму зробыты, теперь вже не
хочу, раз таки дела…
- А ты чего боишься, Степаныч? Размножиться решил? Ой, я не могу… точно
присмотрел себе невесту! А фотогргафия на могилку – це ж його свадибный
подарок, ой, бабы… я вже плачу…
- От дура. Пенсионэрив воны тэж уничожають, шоб пенсии им не платить. От ты
вже работать не работаешь, а гроши от государства получаешь…
- О то правда, шо гроши! И ради цих грошей Ющенко грех на душу визьмет?!
- А може цэ Юлька прыйдумала, вона ж змия подколодна… А ще цей дохтор
казав, шо вси болячки от мыкробив, цэ швейцарськи специалисты, чи
шведськи… зробыли таке открытие важнэ, шо надо не органы лечить, а вбывати
мыкробив, яки цю болячку вызывають. И язва желудка, и рак, и етот, как его… ну,
когда кости болят… короче, воны поселяються в организме и разрушають
его изнутря. А наша медицина лечит неправильно, ей плевать на ети открытия. А у
того дохтора имеется своя система лечения…………………………………………
Последние минут десять Рита изнемогала. Даже опасалась, что ее вырвет, так затошнило от едкого дыма и болтанки. Разговор местных жителей уже не развлекал, она сидела, крепко вцепившись в борт баркаса для устойчивости, вернее, для усидчивости… Пошатываясь, выбралась на берег. Дедок Степаныч любезно подал ей рюкзак. Хотела спросить, как ей добраться до деревни Покровка, где находится эта их «модная» гостиница, но голова кружилась, язык не слушался, надо было прийти в себя…
Теперь вроде получше стало…Она сидит на бревне, дышит воздухом. На пристани все еще оживленно, но народ постепенно рассасывается. Кого забрали на мотоцикле, кого на тракторе, кого на лошади с телегой… некоторые бабульки поплелись со своим грузом пешком, видать, привычные… Этот Паша говорил, что людей по деревням развозит автобус… где автобус? Только что отъехал грузовик с открытым прицепом, почти пустой. Так. Нужно срочно узнать…
- Простите, вы не подскажете, как мне попасть в Покровку? Тут должен быть автобус…
- В-а-ась! Тут дивчина на Покровку, не визьмешь?
- Ни… я туды не поиду, я ж Катюху встречав. А Витька уихав на Покровку, чому ж вона не
сила до нього? Бильше нихто нэ поидэ.
- Как уехал? А автобуса не будет?
- Автобус с мая не ходыть, бензина нэмае. А ты до кого в Покровку?
- Да так, просто… Я в гостинице хочу остановиться.
- А вона ж закрыта! Продаеться вона, не работает. Так если ты просто на отдых, у меня живи, ты надолго?
- Недели на две, наверное.
- То и живи. Отдельный домик, баньку натоплю, если надо… Молоко свое, творог, яйца, помидоры-огурцы… что еще надо? А! Телевизор у меня е.
- А душ у вас есть?
- Так из бочки. У меня бочка на огороде, вода за день нагревается, черпаешь ведром и
моешься себе… А если по серьезному, то и баньку можно, не каждый день, конечно…
Пойдем поглядишь, не понравится, упрашивать не буду.
- Ну, пойдемте…
Тетушка лет шестидесяти, гладкая, улыбчивая… и сразу сносно заговорила по-русски, как почуяла клиента. Хотя этот их местный язык украинским тоже не назовешь, суржик какой-то. Когда смотришь по телевизору украинский канал, почти ничего не понятно. А здесь все понятно, только слова коверканные. Надо посмотреть, что там у нее… а какой выход? Вот невезение, но не ехать же обратно в Москву… можно представить, какие условия у этой тёти. Интересные здесь дороги – рыхлый растоптанный песок, прошли всего метров сто, а ноги уже гудят. Причем по обочинам передвигаться явно легче, там тоже песок, но поросший травой. Рита попробовала, действительно, гораздо лучше… хотя сухие стебли и колючки царапают голые щиколотки.
- А нормальных дорог здесь нет? Только песчаные?
- Так песок же кругом… Не, пробовали, плиты положить билля магазину, так они через год под песок ушли… Устала, да? Тут вже недолго, бачишь тот клен? Вон там… А до Покровки отсюда часов пять ходу, если быстрым шагом…
- А эта деревня как называется?
- Рымбы.
- А это что значит?
- А хто его знает… щось турецкое. Их Суворов отсюда выбил, у нас его бюст стоял на берегу, дореволюционный, так недавно украли.
- Памятник украли?
- Ну да, скрали. Сковырнули с постамента и увезли на моторке, только зря. Думали, что он весь бронзовый, а оказалось шо там внутри кирпичи, как это… отливка.