- Меня знаешь что удивляет? Ты вроде тихий такой, скромный парень, как будто бы и не ты писал.
- Это я, честное слово.
- Да я шучу! Просто в самом деле мощная штука. Ритм, динамика, диалоги, всё как надо.
- Это сублимация, – вздыхает Марк, - В жизни одно, а на бумаге я отвязываюсь…
- Супер! Мне нравится. Я уже кучу сценариев прочитал, этот – самый лучший. Только если его снимать не за три копейки. У тебя спецэффекты с голливудским размахом, а то и покруче… а это проблема.
- Разве?
- Графику лучше делать заграницей. У нас этим в основном технари занимаются, освоят программу, и давай колбасить спецэффекты, а настоящую графику должны делать художники. Короче, это дорогой фильм. Здравствуйте, Алла Ильинична! – здоровается Вася с проходящей мимо Аллой Суриковой (или другим известным кинорежиссером -женщиной).
- Привет, Васька! Иди-ка сюда, ты мне нужен.
Вася подходит, Марк остаётся его ждать.
- Ты чем сейчас занят?
- Ну, я вообще-то… - начинает Вася.
- Пойдёшь ко мне на детский сериал? Будем снимать летом в Крыму. Много денег не обещаю, зато загоришь, – улыбается Сурикова, - Подумай! – кивнув на прощанье, она уходит, а Вася возвращается к Марку.
- То есть… сценарий не подходит? – печально спрашивает Марк.
- Сценарий классный. По мне, так он гораздо круче всех «Звездных войн» и «Матриц» вместе взятых, вопрос только в том, дадут ли нам пять миллионов.
- Так много? – удивляется Марк.
- Ха! Ты пишешь сценарий минимум на десять миллионов, а потом удивляешься! В России, конечно, ещё можно вывернуться наизнанку и снять за пять, но, я думаю, это скоро кончится…
- Я так и знал… - грустит Марк.
- Ладно, это мои проблемы… А если встанет вопрос о том, чтобы кое-что сократить, как-нибудь переработать, ты не будешь против? Если у меня будут предложения? Или всё, что написано, для тебя принципиально?
- Да нет, я не против. Всегда же можно что-то придумать… - соглашается Марк.
- Вот и отлично. Тогда созвонимся. Ну, до скорого! – Вася пожимает руку Марка.
Они прощаются у лестницы в вестибюле.
- До свидания. Спасибо.
Вася уходит, Марк начинает спускаться по лестнице. Он погружен в свои мысли. Вдруг раздаётся злобное рычание и звук рвущейся ткани. Марк испуганно вскрикивает и отшатывается. Он видит не менее испуганную девушку с кукольной пушистой болонкой на поводке. Собачка держит в зубах вырванный кусок его брюк.
- О господи… - лепечет девушка, - она же никогда не кусалась…
СЦЕНА 50. «Разговор в джипе». Натура. День. Зима
Джип едет по улицам Москвы. Николай сидит впереди, рядом с Васей и вертит в руках окровавленную латексную руку.
- Отдай мне свою жизнь! – делая страшные глаза, он оборачивается на заднее
сиденье и тянется этой отрезанной рукой к Марьяне, сидящей там. Возле Марьяны лежит большой мешок, перевязанный верёвкой.
- Да отстань ты! Надоел уже… - отмахивается от него Марьяна.
- Не балуйся, Коля, - говорит Вася, - лучше позвони Иванычу.
- Так я же утром звонил! Он сказал, что завтра всё будет готово, забыл, что ли? – удивляется Николай.
- А, ну да… - вспоминает Вася.
- Слушай, круто ты с ним вчера торговался! – восхищается Николай. - Я был уверен, что он меньше, чем за триста, не возьмётся, а ты его на сто двадцать уломал.
- Всегда надо предлагать самый минимум, пусть лучше покричат. Понимаешь, люди, как правило, не свою работу оценивают, а заглядывают тебе в карман. И как только понимают, что там много денег, сразу же начинают ломить цены.
- Да, психология… - уважительно тянет Николай.
- Поэтому и одеваться надо поскромнее…
- Да я вроде, и так не очень-то… - оглядывает себя Николай.
- Значит так, Коль, - Вася останавливает машину возле какого-то подъезда, -
Квартира пять, второй этаж, откроет бабушка. Дождёшься этого Бориса, он обещал через полчаса подъехать, отдашь ему всю эту красоту и возьмёшь деньги, тысячу баксов.
Николай выходит из машины, вытаскивает мешок, оборачивается в Васе: