Раздаётся звонок в дверь, затем ещё. Вася удивлённо поворачивает голову в сторону двери. Кто-то продолжает звонить. Вася морщится, – резкие звуки явно действуют ему на нервы. Вдруг Вася видит, что на краю его постели сидит генеральный директор Мосфильма Карен Шахназаров, в костюме и с большим портфелем. (Участие в этой сцене известных людей обязательно, но конкретные фамилии прописаны условно, поскольку вначале требуется их согласие)
- Ой… - испуганно говорит Вася, хлопая глазами, - Ка…Карен Георгиевич?
Это вы?
- Здравствуйте Васенька. – Шахназаров участливо смотрит на Васю. - А мы
уже стали волноваться – как вы здесь, что-то давно не появляетесь…
- Извините… - Вася, который всё ещё не может прийти в себя, - я сейчас… - Вася
вскакивает с постели, - сейчас чай поставлю…
- Да вы не беспокойтесь, у меня с собой есть… - Шахназаров достаёт из
портфеля большой заварочный чайник, ставит на стол. - Вы присаживайтесь…
Он жестом приглашает Васю сесть в кресло, достаёт из портфеля две чашки, начинает разливать чай: Что же вы нас так пугаете? Мало ли что бывает…
В дверь снова звонят, Вася хочет встать с кресла.
- Да вы сидите, я открою, - останавливает его Шахназаров и сам идет к
двери.
- Я это… Сейчас! - Вася вскакивает с места.
Он бежит в ванную комнату, открывает дверь и видит, что там уже находятся трое, например – Мягков, Ширвиндт, Рязанов. Все они в верхней одежде. На стиральной машине, как на столике, стоят три стакана, лежит порезанный огурчик.
- В Новый год мы с друзьями всегда… - говорит ему, улыбаясь, Мягков.
- А, вы моетесь? Извините… - Вася закрывает дверь.
Васина квартира теперь полна народу, причём сплошь знаменитого. Известные режиссёры, актёры, телеведущие, всего человек двадцать.
На столе в комнате стоят разные деликатесы, кто-то открывает шампанское, кто-то несёт из кухни на подносе бокалы. Гости разговаривают, смеются, курят…
Нарочито никто Васю не приветствует, но, встретившись с ним взглядом, многие радостно улыбаются.
Вася направляется к столу, но его берёт за руку Рената Литвинова.
- Вы такой хороший, Вася… - нежно говорит Рената, - Не расстраивайтесь, вы
очень хороший… Ну идите… - она отпускает Васю.
Вася подходит к столу, берёт какой-то бутерброд, откусывает.
- Старик, да не переживай ты так! – хлопает его по плечу Сергей Соловьёв, -
Может, всё ещё и уладится. Ты попробуй ей объяснить, что это Олег тебя подставил…
- А дача?! Вы бы на её месте поверили? Сдавал дачу лучшего друга, обворовал собственную невесту, пополам со своим дружком! К тому же, у неё был уже какой-то Денис, бизнесмен-благотворитель, взял деньги на приют для инвалидов, а потом выяснилось, что счёт подставной… Мне только противно, что она теперь считает меня полным уродом… - Вася с аппетитом доедает бутерброд.
- Ей не понять, как тяжело жить в России…- вздыхает знаменитая пожилая актриса, - Вы, наверное, всё равно не смогли бы жить вместе…
- Вот и наплюй! – говорит Иван Охлобыстин (он в священнической рясе), стоящий рядом
с Соловьёвым. - Люди должны прощать друг другу мелкие грешки, а иначе жить невозможно!
- Да не хочу я, чтоб она меня прощала! Не буду я ползать на брюхе! Я её не обманывал!
- Васька! Тебе надо к морю! – Машет ему рукой Алла Сурикова из дальнего
конца комнаты.
- Я тебе вот что скажу, Василий, - берёт Васю под руку и уводит Станислав Говорухин, - ты же первоклассный директор, а это немало, согласись… - он делает глубокую затяжку. - Продюсером сейчас может быть кто угодно, любой бандит может, - делает затяжку, - а у тебя директорский талант. Так что, как говорят в Одессе, не бери дурного в голову… - он выпускает клубы дыма.
- Тут надо немного проветрить… - Вася идёт к окну, открывает его и
застывает в недоумении.
Окно выходит вовнутрь съёмочного павильона. Задник изображает небо и зимний городской пейзаж. Под окном - многочисленные подставки с голыми спиленными ветками деревьев, осветительные приборы, имитирующие дневной свет и т.п.