Рита закрыла калитку и пошла к дому, этот даже не вякнул ничего в ответ. Надо было матом... и сказать, что он тупой мерзкий червяк и к нему даже пальцем противно прикоснуться, не то что там... Она так и хотела, но почему-то в последний момент взяла верх интеллигентность. Ну и ладно. Уехать правда завтра? Какая-то дичь просто... Ладно, надо поспать, и есть уже охота. А Дины все нет почему-то... Может, она специально ушла, чтобы не мешать? Ужас, развела тут, в чужом доме... И еще уехать сразу же после того, как выяснилось, что любовник сбежал. И погода улучшается, солнце припекает, можно будет еще позагорать... билет все равно пропал.
Она с аппетитом доела вчерашнее рагу. Так и не дошли руки до заметок про косу, даже если попытаться вспомнить и записать все, что рассказывала Дина – это день работы, как минимум... А еще Аленины истории, мистика эта вся украинская. Вчера например, Рита «краем уха» слышала Аленины рассказ про какую-то подругу, у которой есть метка бурятской принцессы на заднице. В виде бабочки, кажется, или лотоса... Подруга давно знала, что у нее там родимое пятно, но потом в какой-то книге прочла, что это – знак царской крови, и рисунок в точности такой. А ее мама бывала в Бурятии, хотя сама она русская, но ведь в каком-то американском фильме аборигены признали в белом человеке своего вождя тоже по какой-то метке... Теперь подруга собирается встретиться с их главным ламой и показать ему свой зад. А рассказы местных жителей? Взять хотя бы того в лесу, как же его? Меандр! Еще немного, и она все забудет. Все время занималась сценарием, а это откладывала. Только про магов из одесской мэрии что-то записала. Да, надо задержаться еще на пару дней, пообщаться с Диной, это даже успокаивает, между прочим... А уезжать в таком раздерганном состоянии неохота, хотя эти мелкотравчатые мужики отвратительны, не о ком жалеть... но все-таки с Андреем у них что-то произошло, или так кажется... черт, опять началось. Эти бабские дела, жалость к себе, ещё слезы какие-то... потому что глупо и неожиданно всё оборвалось, она не готова. Почему не готова? Было же сказано... Можно попросить Дину раскинуть карты на отношения с Васей, хотя... вот же! Вася, Ваня. После сценария Ваня превратился в Васю, только так и называет его про себя… Но, похоже, что он – пройденный этап, перегорело. Теперь другое... но скоро пройдет… наверное.
Надо погулять, пообщаться с народом. Если встречать катер на причале, такого наслушаешься… а там Митек рыбачит. Ну и фиг с ним. Не хватало еще бегать от этого дебила. Нельзя упускать местные байки, может выйти отличный сценарий. Когда Дина рассказывала, как местные жители заподозрили ее в убийстве шведов-фотографов, у Риты даже мелькнула идея триллера про косу… Вот и решено. Она остается, скорее всего, еще на неделю.
2007 год
Коса
сценарий
Субъективная камера.
Женские пальцы быстро нажимают буквы на клавиатуре компьютера. Слышен звонок телефона. Пальцы перестают печатать, «взгляд камеры» останавливается на стоящем рядом с компьютером телефоном. После двух сигналов срабатывает автоответчик (женским голосом, далее он будет называться «голос хозяйки»): «Здравствуйте, оставьте сообщение, и я вам перезвоню». Далее говорит высокий женский голос: «Привет, это Алла, я не могу тебе дозвониться. Ты в Москве? Позвони, как появишься, мы же тебе ещё денег должны. Да, он просил вернуть какой-то зонтик, говорит, мамин подарок. Ну, целую, пока».
Пока звучит голос Аллы, взгляд камеры бесцельно бродит по комнате. В поле её зрения попадают – открытое окно с развевающейся занавеской (с улицы доносятся радостные крики и визг детей), несколько книжных шкафов, небольшой пустой аквариум, из которого торчат глянцевые журналы, старинный комод с выдвинутыми ящиками и разбросанными на полу бумагами, папками и фотографиями, отклеивающиеся обои в вернем углу комнаты… Это большая комната в старом доме, с высоким потолком и арочными окнами.
- Деньги – это хорошо… - медленно произносит голос хозяйки.
ТИТР.
Субъективная камера.
Те же женские руки выгребают вещи из стенного шкафчика в коридоре. На полу валяется уже несколько пар зимней обуви, какая-то верхняя одежда.