Наконец-то смог переодеть в свои цвета бывших наёмников. Выдать Кристе набор специально разработанных артефактов, увеличивших её и без того огромный потенциал. Тут изрядно помог сбежавший Теодор, которого я нашёл и напряг у него дома в Кадгаре. Он же сделал немалый вклад в усиление магической защиты и общего обновления замка, в подвале которого мы спрятали два десятка крупных аккумуляторов. Системой отопления, кухней и в целом инфраструктурой займутся, понятное дело, линейные маги, но вот обороноспособность – как от прямых атак, так и от условных газов – это было на дисах и Магнусе. И снова под присмотром Меира, генерировавшего иногда такие идеи, что даже у древнего Теодора волосы шевелились. Вот что значит реальный и ну очень богатый опыт.
И да, само собой, я не раз и не два заводил разговор о том, чтобы тупо перетянуть пикси к себе в команду. Увы, но нет – приставать к одной конкретной гавани крылатый лилипут пока не собирался, хотя и обещал подумать. А заставлять кого-то с его уровнем экспертизы и профессионализма мне как-то не хотелось. Пропустит ещё какую-то дыру в безопасности всем назло – и что ты ему сделаешь? Ну, сделать-то можно много чего, вот только будет уже поздно. Мелькала даже малодушная мысль придушить мелкого после завершения контракта, так ведь не поймут. Те же Диор с Иллейной, всё это время смиренно ожидавшие своей очереди. В плане трансформы эльфийки.
Принял персональную присягу у нескольких десятков важнейших физиономий замка – как из менеджмента, так и отдельных бойцов. Как и всегда, на сто лет, в обмен на привязку к капсулам, улучшение тушки и (для магов) кое-какие дополнительные бонусы в виде расширения резерва или установки компьютера. Некоторые, конечно, повозмущались на тему «я столько не проживу», но ведь я не настаивал. Двери замка и баронства всегда открыты. По крайней мере до заключения контракта. И ими даже некоторые воспользовались, хотя и меньше народу, чем я ожидал.
Последним, что следует упомянуть, было расширение магического «корпуса» нашей небольшой, но дружной организации. Здесь отличились двое человек, сумевших меня удивить и удивить очень приятно.
Во-первых, это Харальд, отыскавший в Лауре и Кадгаре двоих магов – бытового и артефактора. Что важно и что было одним из основных критериев – готовых дать мне «ту самую» клятву верности. Первый был девушкой, мастером бытовой магии и лекарем. Второй – среднеуровневым гномом-чародеем.
Во-вторых, приятный сюрприз преподнесла Ясмин, которая мало того, что сделала очень правильный выговор пропустившему двоих одарённых Динару, так ещё и лично выкупила обоих. И да, понять торговца тоже можно – оба персонажа отличаются исключительно низким уровнем силы и едва-едва закончили Академию, но ведь это-то как раз для меня не аргументы. Сейчас не время воротить нос от вообще любых чародеев – рабочих рук в баронстве по-прежнему не хватает. Так что вчерашние выпускники-бытовики, которых я лично встретил в Раккае, пусть и немного, но усилили (скорее – расширили) пёструю команду наших чародеев.
***
От том, что пусть и активный, но всё же отпуск закончился, мне сообщила птица. Местный то ли воробей, то ли кто он там, севший с утра пораньше на перилах балкона и начавший поразительно раздражающим голосом орать. Уверен, будь у этого террориста возможность – обязательно бы залетел внутрь и выклевал мне глаза или мозги. Или обосрал постельное бельё – что куда вероятней. Вот только с некоторых пор провернуть подобный трюк под силу только самим богам – не зря же в толще скалы целую комнату под батарейки отвели?
Птичку, судя по белоснежному цвету перьев, своеобразным узорам и «привкусу» остаточной магии, прислала Скади. Вот уж от кого я давненько привета жду. Задержалась что-то, красавица. Я за ней иногда присматривал, но ничего интересного не обнаружил – все те семь или восемь раз, что спутники отображали её маркер, богиня находилась или в Альфаре, или других частях земель рау. И вот наконец-то созрела для разговора.
Впрочем, кто именно орёт за ведущей на балкон дверью, я узнал не сразу. Первое, что пришлось сделать, это не пустить туда Астрид, слезшую с меня с недовольным рыком и на полном серьёзе собиравшуюся поговорить с птичкой на языке насилия. А именно – испытать на пернатом что-то из обширного арсенала подготовленных узоров, доступных девушке с некоторых пор.