Что-то хлопнуло!
Я выпрямился — Саид исчез!
Твою мать! Опять в коридор — пусто! На столе его тулупчик. Он успел пулей выскочить из комнаты
…Ага…Ну сволочь — погоди! В трусах далеко не убежишь!
Прикрыл дверь и начал терпеливо смотреть в щелкую
Десять…Пятнадцать минут напряженного ожидания в охотничьей стойке, как сеттер перед куропаткой…
Наконец дверь напротив, приоткрылас — оттуда показался Саид и начал на цыпочках красться по коридору прочь.
Вот он! Миг Удачи!
С треском открылась моя дверь!
О…!
Это был спринтерский забег на стометровку.
«Топот стада слонов огласил утренний коридор общаги! Заяц — араб в трусах и в майке…И я — разъяренный волчара с кровавой пеной на клыках!»
Догнал его у туалета и с разбегу врезал коленом по печени! Тот отлетел еще на два метра, упал и скрючился как улитка. Его рот хватал воздух, глаза выкатились из орбит, но мне было на это абсолютно наплевать! Его тельце в скрюченном варианте взлетело в моих руках выше моей же головы.
Ого!..Ни фига себе! В его ручонках был зажат кухонный нож, который он видимо в страхе, забрал со стола в негритянской комнате. Но пустить его в дело не успел, потому, как видимо его скорежила боль в печенке от моего удара.
Я вывернул руку с ножом ему за спину. Нож упал на пол. Второй еще более мощный удар потряс его в самые яйца, которые так усердно работали над демографической ситуацией в стране…
Хорошо! Авось евнухом станет! У папы в гареме…
Возникла мысль: «А не убил ли я его?»
Руки мои разжались. Скрюченный комок упал на пол…Шевеллся как червяк. Застонал….
Жив паскуда!
Заскрипела дверь в коридоре. Неожиданный голос сбоку:
— Что тут происходи? Что вы делаете с иностранным студентом?
— Слышь. Мужик! Сдрисни! А то и тебе сейчас врежу!
— Что-о-о? Как вы со мной разговариваете?
Ко мне подбежал с полотенцем на плечах тщедушный мужичонка:
— Вы что? Избили иностранного студента?
— Мужик, ты, что в натуре? Не понял, что я тебе сказал?
Моя рука потянулась к его горлу…
Он отскочил и его крик сорвался на фальцет:
— Вы кто? Из какой группы? Я заместитель декана химфака! На дежурстве здесь…Отвечайте кто вы?
На полу тельце очнулось…
Перебирая лапками, и царапая по стенке ногтями, поднялось и пропищало:
— Это Сэм. Самарский… Автотрякторний факультет…Грюппа Т-204…Он убивать меня хотель! Спасите меня! Вот этим ножиком…
Хромая, Саид проковылял за спину мужичка.
Меня неожиданно пробила скверная мысль: «Вот и всё Игорёк! Закончилась твоя учеба! Что я скажу родителям? Ну зачем я все это затеял? На хрена мне этот пидаренок сдался?».
Чувство горечи хлынуло в душу.
Мужичек, боязливо, стоя на расстоянии заверещал:
— Вы, студент идите в свою комнату. С вами разберутся сегодня. А вы — как вас зовут?
— Саид…Я из Йемена. Он убиваль меня! В тюрьму его пожалиста!
— Вы, Саид идите к своим друзьям, я подойду к вам попозже. Мы все уладим. Не бойтесь. Он вас не тронет уже…
Я поплелся в свою комнату. Сергей не спал и встревожено на меня смотрел:
— Ну что? Получилось? Там в коридоре кричал кто-то…
— Заткнись!
На второй паре уже весь мой институтский поток знал про драку и гудел как растревоженный улей.
Девчонки, которые раньше и глазом не вели в мою сторону, шушукались и, теперь с уважением и интересом поглядывали на меня.
В группе было ядро студентов, три человека, из бандитского района Волгограда «Заканалье»…
Они то и стали меня поучать, как вести себя дальше.
Толик, главный из «Заканалья» быстро и сбивчиво вбивал мне в голову инструкцию по поведению в ментовке:
— Так …Сэм. Тебе будут вперивать мордобой, и что ты начал первый!
— Понимаю…
— Слушай и не перебивай. Мусора будут тебя колоть «понтами»…
Не вздумай колоться! Ничего не подписывай. Иди в отрицалово! Сэм? Ты слышишь, что я тебе говорю?
Глаза Толика с надеждой заглядывали в мои. Я мычал в ответ:
— Слышу, Толян…Слышу…
Однако мысли мои были совсем далеко. Сознание автоматически фиксировало передачу ценной информации. Но я уже видел себя побитой собакой на коленях перед родителями. Они меня «засранца» пытались обучить, одеть-обуть, посылая ежемесячно больше половины своей нищенской зарплаты для родного «сынули». Лишь бы он выучился и стал человеком.
Как из — за гор доносилось:
— Сэм! Тебя будут гэбешники сношать…Так само. Не колись и нечего не подписывай! Это правило!