— Ты реально попутал. С луны что ли свалился? Эпохой ошибся? Че за, наезды? Че за предъявы? Кого ты тут, блин ё на бабки разводишь? По зонам соскучился?
— Не в том положении ты сейчас, чтобы диктовать свои порядки! Ты один, охраны у тебя нет, заступится тоже за тебя теперь некому. Что стоит мне тебя прямо тут, у ворот пристрелить, как собаку? — Не унимался тот.
— Ты ошибаешься. За мной есть люди, за мной закон. Много ты сейчас тут мне наговорил. На пару серьёзных статей точно! Так что, Решитов твоих рук дело? Хех. Так я и думал. Сразу были догадки, что от тебя тянутся нити. — Пререкался Георгиевич.
— Чужого на меня не вешай, Мент! — Разозлился Седой и выхватил у своего товарища пистолет. Приставил его к животу Титова. — Татарин не моя работа! Даже близко в его сторону не дышал и не думал, чтобы с ним расправиться. Я перед ворами отвечал по этому поводу! Не там ты копаешь опять! Сука! Я твой ливер сейчас выверну наизнанку, Толстый, за такие обвинения! Завали варежку и не зли меня дальше! Хочешь жить спокойно — заплати! Иначе заплатишь жизнью! Начну с твоей семьи! — Истерил он.
Георгиевич заметался после этого разговора, как загнанный зверь. Сразу отправил свою жену и дочь куда-то на юга, к морю. Прискакал к своему другу Кирякову и все ему рассказал.
— Ну а чем я могу помочь? Ну обратись к ребятам из уголовного розыска. Я в эти разборки вмешиваться не хочу. Да и не могу я, Серёга! Меня со всех сторон обложили, стерегут каждый шаг. Дядя Витя все контролирует, чтоб лишняя копейка мимо него не пошла, чтобы самый вшивый пэпс куда-нибудь на лево не сходил. Ты же знаешь, сейчас на местах сидят только люди Калинина. Пиши заявление, что тебе угрожают и вымогают деньги. — Объяснил Киряков.
— Вот ты значит как? Так ты ценишь нашу дружбу? Все что я для тебя сделал — теперь пустой звук? Дешевка ты, а не друг! Больше я руки тебе не подам! — Обозлился Титов, хлопнул дверью и вышел из отдела.
Заявление он естественно не писал, да и не жаловался ни куда в милицию, к своим бывшим коллегам тоже не обращался. Хотел решить эту проблему как раньше, но выхода не было. Его терроризировали люди Седого почти каждый день. То тормозили фуры с грузом, на выезде из города и били машины, резали колеса, то просто приходили в контору и снова запугивали и угрожали. Так длилось около трех месяцев. Семью Георгиевич прятать тоже так долго не мог. В подъезде на его жену напали двое неизвестных и ограбили. Забрали сумку и сняли с женщины драгоценности, угрожая ножом. Дочь после прогулки по городу, обнаружила у себя уже дома в сумочке гранату. Конечно муляж, но перепугалась знатно. Да и Титов все понял, от куда растут руки. Это были знаки. Устрашение и угрозы. Он стал часто выпивать, не появляться на работе. Уехал на одну базу, к ребятам на водохранилище, которую он курировал. Взял и семью. Там уж его точно ни кто искать не станет. Ни кто не знает это место. Глухомань. Гонял водителей, чтобы они привозили ему продукты и тому подобное. Приказывал каждый раз осматривать днище машины.
— Кирилл, я больше так не могу. Он меня измучал уже. Помоги? — Просил Георгиевич помощи у Енги.
— Начальник, я все понимаю, но у нас свои договоренности тоже. Ты пойми. Я работаю на своём районе, а с Седым тягаться не могу. Так старшие порешали. — Отвечал тот.
— Вот еще один. А сколько я вас из дерьма вытаскивал и помогал? — Бесился тот.
— Все помню. Но те времена прошли, мы все тебе отдали и отработали, сам это знаешь. Не огорчайся. Решишь с Доном если, даст добро — не вопрос, впрягусь. — Высказал свою позицию Енга.
— Меня, сегодня-завтра завалят на хрен! А ты мне говоришь договаривайся? Сука ты! Понял? — Закричал в трубку Титов, но Кирилл его уже не слышал.
Дон тоже не помог. Скорее даже наоборот, спросил с Георгиевича, почему тот не платит процент со своей фирмы ни кому из группировок. И пообещал исправить это недоразумение.
— Еще я за мента паршивого вписываться буду? Ды на хрен он мне упал? Из-за него с Седым воевать? Работаем мы себе, он нам проблем не создаёт. А коль подомнёт эту фирму под себя, или Толстого этого раздавит вовсе, так и нам в кассу лишняя копейка пойдёт. — Рассудил смотрящий.
— Так-то верно толкуешь, брат. — Ответил Кит.
Ни чего не оставалось Титову, как обратиться в правоохранительные органы, на прямую к Калинину.