– Хорошо, – задрал голову Сергей. – Допустим, мы узнали откуда сделали снимок, но что нам это дает? Где искать ответ?
– Знаете, если снимок сделан с «колеса», это значит, что он находился в одной из этих кабинок, – сказал Саша. – Думаю, нам нужно покататься.
– Считаешь, он оставил нам гребаную записочку в одной из кабинок? – поинтересовался Дима.
– Саша прав, не исключено, – Сергей продолжал рассматривать «колесо».
– С чего это ты так решил?
– У нас есть уникальная возможность узнать, так это или нет.
– Это точно, – согласился Саша.
– Да уж, уникальная, – вздохнул Дима. – Опять эти заморочки. Хорошо, если вы так считаете, почему бы и не прокатиться.
Без особого энтузиазма они направились к кассе.
– Ну, и как мы узнаем, в какой именно кабинке? – не унимался Дима, когда они подошли к окошку.
Вопрос был вполне уместен. «Колесо обозрения» насчитывало сорок две подвесные кабинки. Они представляли собой небольшую металлическую беседку, с вертикальными железными прутьями, которые должны были уберечь от случайного падения какого-нибудь зазевавшегося мальца. В центре беседки был маленький круглый стол и четыре, приваренных к каркасу, стула. Вроде бы мест для особых игр в прятки не было, но при условии, что она была одна, а не сорок две.
– Ответ предельно прост: обследуем каждую, пока не найдем, – сказал Сергей.
– Пока не найдем что? – Дима сделал сумасшедшие глаза.
Сергей развел руками, и протянул кассирше, пожилой старушке лет шестидесяти, деньги:
– Добрый день, пожалуйста, четырнадцать билетов на «колесо обозрения».
Глаза милой старушки слегка увеличились, она с неподдельным интересом уставилась на молодого мужчину, решившего столько раз покататься на одном и том же аттракционе. Она с открытым ртом протянула ему пачку билетов.
– Вы так не волнуйтесь. Это моей жене, детям, и родственникам моей жены. Они должны скоро подойти. Опаздывают. – улыбнулся Сергей, взял билеты и отошел, она только кивнула.
Следом подошел Саша:
– Здравствуйте, мне четырнадцать билетов на «колесо обозрения».
– Ч-ч-четырнадцать? – ее глаза увеличились еще больше.
– Да. Четырнадцать, – подтвердил Саша. – Очень, знаете ли, люблю этот аттракцион. В детстве не накатался вдоволь, вот теперь компенсирую.
– Понимаю, – ничего не понимая, согласилась она.
Саша удалился и подошел черед Димы:
– Мне тоже, что и тем двум.
– Четырнадцать? – у нее был шок, а что у нее творилось с глазами, вообще не передать.
– Да. Не хочу рассказывать, – у него было очень печальное лицо. – Это связано с моей девушкой, она призналась мне в своей измене, когда мы катались на этом «чертовом колесе». Теперь я понимаю, почему его так назвали. Вот, пытаюсь заглушить свои страданья, и как-то о ней забыть.
– Я вам сочувствую, – старушка, кивая головой, протянула ему билеты. – Знаете, что, забудьте ее, – она на секунду замешкалась, – и…вот, возьмите. – она протянула ему еще один билет.
Дима от всей души поблагодарил ее, пожелал здоровья и пообещал забыть свою неверную, в этот момент, стоявшие рядом Саша и Сергей старательно давили в себе желание не рассмеяться на весь парк. Только, когда они отошли от кассы, они дали волю своим эмоциям. Они так не смеялись с тех самых пор, как получили первые снимки. Им всем нужна была небольшая разрядка. Немного успокоившись, они направились к «колесу», и когда они протянули стопку билетов очередной старушке возле аттракциона, они едва смогли сдержать хохот. Ее глаза напомнили старушку из кассы, а конкретней, их величина, по мере того, как она считала количество билетов, они увеличивались до невероятных размеров. Получив надорванные корешки билетов, они вошли в железную калитку.