Потом я пошел к стойке регистрации, состроил самую, как мне казалось, доброжелательную мину, и спросил у девушки за стойкой:
- Здравствуйте. А еще сегодня были рейсы из Москвы?
- Здравствуйте. Конечно были. - ответила она.
- Дело в том, что мне надо найти человека, который уступил мне свое место, я хотел бы отблагодарить его.
- Мы не даем информацию о пассажирах.
- Да мне бы просто узнать, прилетел он или еще нет. Лопырев Олег Аркадьевич. Он мне билет на сегодня уступил. Хотелось бы как-то выразить ему благодарность, но если его нет в городе... А мне сегодня опять улетать. Помогите пожалуйста, ведь не часто люди делают такие добрые поступки.
Она посмотрела на меня внимательно, и взгляд ее смягчился. Я так отчаянно улыбался, что растопил лед ее правил. Она взглянула куда-то под стойку, постукала по клавишам, и я услышал:
- Да, два часа назад его рейс прибыл. Простите, хотя вот еще Лопырев. Полный тезка, как интересно. Этот еще утром прилетел. Уж не знаю, какой вам нужен.
Я поблагодарил ее, и обещал сам узнать, кто из них какой, главное они оба тут. Моя теория нашла стопроцентное подтверждение: он опять купил три билета, но на одном из его мест оказался я. Ну то есть, какой-то мужик, в которого меня занесло.
Из ранее полученной информации я помнил только сочетание "Свердловский медицинский институт, кафедра формации" и увольнение Лопырева оттуда в 1993 году. Больше зацепок не было, так как тогда я сам отказался узнать адрес прописки искомого мною человека. Как действовать в этом времени, что бы на меня обращали поменьше внимания, я еще не представлял, в ценах и денежных знаках не разбирался. Где брать информацию при отсутствии Интернета я тоже не представлял. Я даже сотовых телефонов у окружающих меня людей не наблюдал. Изучение ручной клади добавило мне денежной наличности и удостоверение с надписью "ПРЕССА" на мое нынешнее имя. Согласно этого документа, я являлся журналистом газеты "Главный проспект". Что же, возможно пригодится. В моем настоящем времени у многих людей была патологическая тяга к обладанию каким-либо корочками. Я знал тех, у кого были удостоверения казака, внештатного сотрудника силовых структур, внештатного егеря, члена объединения ветеранов спецвойск, помощников депутатов и так далее и тому подобное. Это давало им ощущение приобщения к власти. Как говорится, без бумажки ты известно кто, а с бумажкой человек. Вот и старались многие подняться из общего для всех дерьма чуть выше просто прикупив на доступную сумму какие-нибудь корки.
Еще я нашел ларек с печатью и купил карту города. Цены, кстати, были весьма ошалелые, но потом вспомнилось слово "деноминация", и шок немного отпустил. Увидев на витрине ту самую газету "Главный проспект" я купил и ее, решив потом изучить внимательно место своей работы. Отойдя за угол от ларька, я раскрыл карту, повертел ее и понял, что отметки Свердловского медицинского института нет. Тогда я вернулся к ларьку и поинтересовался у продавщицы, как мне попасть в институт. Она сказала, что знает только мединститут у стадиона "Центральный". Я сверился с картой, на ней было несколько отметок "Стадион". Пришлось уточнять. Продавщица подозрительно посмотрела на меня, но все же выдавила: на Репина.
Выйдя из аэропорта, я повертел головой в поисках такси и увидев их скопление, пошел к стоянке. Торг с таксистом был недолог, вернее его вообще не было, так как я не оперировал ценами на товары и услуги этого времени и этого места, а мог опираться только на объем наличности в кармане. Решив, что не сильно обеднею от названной суммы, я согласился, и машина понесла меня к стадиону "Центральный". Таксист пару раз пытался заговорить, но я благоразумно отмалчивался, так как говорить мне было противопоказано. Вместо разговоров я углубился в собственные мысли, пытаясь найти логическое объяснение тому, как деревенский детектив с пропажей обеденного стола бабки превратился в фантастический вестерн с переселением моих мозгов и созерцанием среза дула пистолета. За этими размышлениями я и добрался до места.
Стадион меня не интересовал, поэтому я сразу отправился в сторону мединститута, расположение которого прикинул по карте. И не ошибся, найдя здание с нужной табличкой. Четырехэтажное строение с имитацией колонн и балконом над входом. Я потянул дверь за ручку, но она не поддалась. Вход был закрыт. Такого развития событий я честно говоря не ожидал, поэтому растерянно огляделся по сторонам. Это не принесло никакого результата, решение, что же делать дальше, не приходило. Тогда я посмотрел на часы, но было два часа дня, рабочий день еще в разгаре.
- Не работает сегодня институт, суббота же. - услышал я за спиной и обернулся.
Какой я кретин! Я совсем не знал, какой сегодня день недели. На нижней ступеньке стоял пожилой мужчина в плаще не по погоде и старомодной шляпе. Ну это я так решил, что старомодной, может для 1993-го года она была еще не так стара, как для моих времен.
- Здравствуйте. - поздоровался я. - Да, конечно, суббота же. Надеялся застать знакомого. Спасибо.
Я собирался уже уйти, но мужчина спросил:
- Знакомого? А кого? Я тут всех знаю.
- Вы тоже тут работаете? - я не знал, что можно сказать или спросить этого человека, но у меня не было вообще никаких вариантов продвинуться дальше, поэтому пришлось хвататься за эту соломинку. От разговоров с меня не убудет.
- Ну да, ну да. Как на пенсию вышел, так на вахте тут сижу. Уж почитай сколько лет. Вас как зовут-то, молодой человек? Учились может здесь? Что-то не припомню вас. - очков на нем не было, он прищурился пытаясь меня рассмотреть.
- Его... Игорем зовут. - я чуть не назвался Егором, забыв о своем новом имени.
- Кого его?
- Меня. Меня Игорем зовут. А нужен мне Олег Аркадьевич Лопырев. Знаете его?
- Как-то вы странно о себе в третьем лице говорите. - усмехнулся мужчина. - Олега Аркадьевича знаю. Работал тут, но недавно, кстати, уволился. Вы не знали, молодой человек, что он тут уже не работает?