Симон пихнул его локтем в бок.
— Открытки… Да где ты такое увидишь? При чем тут открытки? Большая вершина слева — это Зеленая Игла, а впереди — Дрю, а вон там — Полуденный пик…
— А что это за поток? — спросил Люк.
— Это Арв, а вот и мост Святой Марии… Остановка, давай выходи. Мы пойдем короткой дорогой.
Тропинка, круто поднимающаяся по ущелью между двумя скалами, быстро привела их к горнолыжной станции Уж, расположенной на травянистом склоне. Кемпинг находился чуть поодаль на опушке соснового леса, там стояло множество фургонов, прицепных домиков на колесах и разноцветных палаток. В этот час в лагере почти никого не было. Две девочки в шортах загорали на солнце. Три парня один за другим вышли из небольшого бетонного здания, на котором было написано: «Медпункт».
Симон указал пальцем влево:
— Вон там наша палатка, и я даже вижу Фредерика: он ругается с Пьером.
— С кем? — Люк увидел атлетически сложенного парня с открытым и спокойным лицом. Слушая Фредерика, причем, казалось, не очень-то внимательно, он только кивал головой.
— Эй, Фредэ, к тебе гости! — крикнул Симон.
Фредерик резко повернулся, и, когда увидел гостя, лицо его разом стало жестким.
— А этот зачем сюда приперся? — сказал он холодно. — Где ты его выкопал, Симон? С луны он, что ли, свалился!
— В Файе, — ответил Симон. — Он выскочил прямо на меня из мебельного фургона. Я здесь ни при чем…
— Куда же мы его поместим? Моя палатка не резиновая.
Люк сразу насторожился.
— А я вовсе не собираюсь вам навязываться, охота была! — осадил он Фредерика.
В этот момент из леса вышел Бертран.
— Люк… Какая приятная неожиданность! — воскликнул он, подбегая к нему. — Вот это сюрприз так сюрприз!
Тут Бертран поглядел на Фредерика, который стоял мрачный, насупленный, и умолк.
— Боюсь, я сказал что-то не то, — пробормотал он, смутившись.
Возникло неловкое молчание, которое прервал наконец Пьер.
— Ну, я ухожу, — сказал он все тем же спокойным голосом. — Счастливо оставаться.
— Как хочешь, — заявил Фредерик. — Но сделай одолжение, заодно забери с собой и Люка, поскольку он как будто не намерен здесь задерживаться. Пусть катится к своим аренам, и мы забудем о нем.
Чего еще было ждать? Люк поглядел на него, собрался с духом и врезал ему коротким прямым по челюсти, да так, что тот упал навзничь, на миг потеряв сознание.
— Ну, наконец-то ты получил по заслугам! — воскликнул Люк. — У меня давно руки чесались, но как-то не было случая. За кого ты себя принимаешь, идиот? За царя вавилонского, что ли?
Выговорившись, Люк побежал вслед за Пьером.
— Уф, легче на душе стало, — сказал он доверительно, как только догнал Пьера. — До чего же мерзкий тип этот Фредерик. Ну, теперь он хоть будет знать, что ему не все дозволено.
— Не думаю, чтоб он что-нибудь понял, — рассмеялся Пьер. — Бертран и Симон ходят перед ним на задних лапках, смотреть противно. И все только потому, что месье Фредерик, видите ли, очень нервничает перед восхождением… На самом-то деле он в альпинизме ничего не смыслит, а воображает, что готовится к штурму Зеленой Иглы, не меньше. А это всего-навсего горная прогулка, доступная всем. Вот только в дурную погоду туда нельзя соваться. Я попытался ему это объяснить, но наш скалолаз и не подумал прислушаться к моим советам. Меня он теперь не скоро увидит, можешь не сомневаться… Но я не ожидал от него, что он способен вот так вышвырнуть человека, словно приблудного пса. А ты его здорово проучил, ничего не скажешь. Меня и сейчас еще смех разбирает… У тебя есть где ночевать?
— Не беспокойся, как-нибудь устроюсь, — ответил Люк.
— Если хочешь, пошли к нам. Найдем и для тебя местечко. Мы живем в Мерлье, наверху… Вон видишь — наш домик, третий справа. Я живу с родителями и сестрой Мариэттой. Мой отец — горный проводник. Его зовут Поль Сандос, и альпинисты из кожи вон лезут, чтобы его заполучить. Завтра он должен сопровождать клиента на восхождение, и это довольно рискованно, потому что погода неустойчивая, как я только что объяснял Фредерику. Сегодня утром на Монблане облачно. Маленькое облачко, но говорит это о многом. Так ты поднимаешься к нам?
— Нет. Лучше завтра, — ответил Люк. — Можно?
— Договорились. Я жду тебя в десять часов.
Дружески попрощавшись, Пьер пошел по крутой каменистой дороге и исчез за первым поворотом. «Какой симпатичный парень! Он уже почти мужчина, — думал
Люк. — И Фредерик рядом с ним кажется просто жалким, несмотря на все свои потуги… Ладно, надо выкинуть из головы всю чепуху, а только глядеть по сторонам…»