А вот и полицейский пост, может сразу к ним и «сдаться»? Но пост оказался только сегодня днем построенный. Краска на стенах еще не обсохла, двери и окна заперты, а мебели внутри нет. К полицейскому домику была приделана кирпичная веранда, высотой бортика в один метр.
Прямо внутри ее я и растянул палатку, привалив оттяжки кирпичами. С дороги меня не видно, а всяким гадам на бетонной террасе делать нечего. Спокойной ночи!
В 7-30 утра к палатке подошел человек, постоял и молча удалился. Пошел за подмогой?
Надо выбираться. Дверь домика-поста открыта, рабочие штукатурят стены с таким видом, будто здесь каждое утро кто-то в палатке ночует.
К девяти утра добрался двумя машинами до центра Луксора. Город Luxor знаменит своими развалинами фараоновых замков. В начале XX-го века, при строительстве, обнаружили под землей множество древних поваленных колонн и обезглавленных статуй фараонов. При поддержке многих стран попытались восстановить хотя бы часть замка — колонны поставили вертикально, там где надо, добавив современного камня. А вот статуи, высеченные из единого куска гранита, никак не хотели держать свои головы на плечах — пришлось поднять фигуры обезглавленными, а головы поставить у ног. Получилось немного смешно, но народ валом валит, чтобы сфотографироваться и оставить свое «здесь были Киса и Ося» на древнеегипетских фресках. Сейчас Luxor Temple охраняется полицией. Вход стоит больше десяти фунтов даже для студентов. К счастью, «мудрейшее письмо» на арабском языке произвело должное впечатление на директора и меня не только пустили бесплатно, но даже разрешили оставить охранникам рюкзак.
Сначала гулял среди развалин в одиночестве, но потом приехали автобусы и испортили все древние пейзажи толпами богатых туристов. Английский язык экскурсовода был для меня пока неведом (вот здесь я по-настоящему пожалел об этом!) и я стал искать уединения. Из прохода в развалинах показался охранник, заговорщицки поманил пальцем и сказал:
— Мистер, ду ю вонт лук беби-сфинкс? (Господин, хотите увидеть крошку-сфинкса? Англ.) — Чего?!
— Сюда, сюда… только для вас! Крошка-сфинкс, здесь!
— А-а! Понятно. — Небольшая статуя сфинкса едва достигала колен даже низкорослого охранника. — Сфотографируй меня рядом с ним — Попросил я жестами, протягивая фотоаппарат.
— Нет проблем. Садись хоть верхом.
— Спасибо.
Фотографируемся, прощаемся.
— Эй, мистер, а бакшиш?!
— Нет бакшиша. Нет денег. Мы не договаривались.
— Как нет денег?! Из какой страны ты есть? Почему нет денег?
— Я путешественник из России. Я проделал далекий путь бесплатным подвозом. Денег мало, только на еду.
— О! Из России! Тогда сделай мне обмен. У меня есть русские деньги. — Хелпер извлек из многочисленных карманов … 25-тирублевую купюру с портретом Ленина.
— О нет! Здесь уже побывал кто-то из наших автостопщиков! Это сувенирные деньги.
— Это русские деньги? Верно? Обменяй мне на египетские фунты или доллары!
— Нет-нет. Эти деньги нечего не стоят. Как ваши папирусы, сувенир, понял? — Я взял у него купюру и показал, что ее можно только приклеить на стенку в туалете.
— Как не стоят? Это же деньги! — Не унимался человек. — Это мне дали русские туристы!
— Так и оставь себе на память!
Осмотрев развалины, вышел на набережную Нила. Тут же на меня со всех сторон набросились люди, старающиеся угадать желания белого туриста. Незваные помощники наперебой заголосили:
— Как дела, мистер? Хотите отель?
— Мистер, катание на фелюке по Нилу. Очень дешево!
— Хотите обменять деньги! Специальные цены для вас…
— Такси, мистер! Такси! Очень дешево.
— Пошел прочь! Мистер поедет на лошадином экипаже. Куда вам угодно?!
— … МНЕ НИЧЕГО НЕ НУЖНО!
Но предлагатели услуг, казалось бы, не слышали меня, наперебой они выкрикивали цены и услуги, создавая толпу и ажиотаж, на их крики появлялись все новые продавцы «древних»
папирусов, открыток, сигарет, и еще черт знает чего.
Пытаясь ускользнуть от них, я выкрикивал на трех зыках «нет денег» и ускорялся пешком вдоль Нила. Но это спровоцировало еще нескольких таксистов, ожидавших клиентов неподалеку, которые тут же подъехали и открыли дверцы, приглашая меня уехать от этого кошмара. Сговорились они что ли? Конечно, я понимал, что вид белого человека с рюкзаком, разгуливающего по сорокаградусной жаре заставляет их предположить, что я не совсем ориентируюсь в пространстве, и явно чего-то хочу… но угадать, что я хочу, они не могли, тем более что я и сам этого не знал. Расталкивая хелперов ускорил свой шаг и к полудню дошел до городского музея. Но музей, оказалось, работает только с 17-ти часов. Видимо, в более ранний час белые люди не вылезают из своих гостиничных номеров с кондиционерами.