Семён налил себе повторно.
— Короче, любопытство меня обуяло, — продолжил он. — Времени полно, быт налажен. Да и библиотеку свою давно хотел пополнить. Решил я, значит, на дачу вылазку сделать.
— Дачу? — переспросил Друм.
— Загородный дом под Москвой. Опасно, но против себя не попрёшь. Оставил своим припасы и мотанул пешком на неделю. Страху по дороге натерпелся! Карты сейчас ни о чём, многих ориентиров давно нет, но дороги кое-где сохранились. Развалины своей деревни я к середине третьего дня отыскал. От кирпичных домов практически ничего не осталось: лишь фундаменты да разрушенные печи. А мне только этого и надо. По рассказам, именно у основания нашей был сделан тайник, и я начал ломать найденной здесь же кувалдой всё, что хоть немного подходит под описание.
Содержимое второй половины стакана крепкого напитка отправилось вслед за первым.
— Мне повезло: уже во второй печи я нашёл то, что искал.
На столе появился металлический цилиндр пяти сантиметров в диаметре и тридцати — в длину. Семён отвинтил крышку и вытряхнул оттуда свёрнутые бумаги и маленький контейнер, герметично запаянный.
— Бумаги я сразу вынул из пластика и прочитал, но эту штуковину не тронул, — он показал на контейнер.
Римское право далеко шагнуло за пределы Солнечной системы. Грендон быстро просмотрел документы. Многие из них касались исключительного права гражданина использовать результаты своей интеллектуальной деятельности по собственному усмотрению и разрешали их использование другими лицами. Другие лица при этом — это наследники изобретателя, которые после смерти наследодателя являлись правообладателями в отношении объекта интеллектуальной собственности.
Предок Семёна был предусмотрительным и частично предвидел непростые времена для Земли. В своём завещании он ссылался на генетический отпечаток своей личности, по которому в будущем можно будет идентифицировать его потомков.
Именно это свидетельство лежало сейчас на столе: запаянная стеклянная ампула, вынутая из контейнера, напоминающего пулю.
Семён налил себе треть стакана, но пить не стал. Вместо этого он протянул Грендону свою мощную руку, сплошь покрытую тату с непонятными сюжетами.
— Сличайте, — пробасил он.
Чем хорош первоклассный юрист? Тем, что все необходимые инструменты всегда у него под рукой. Ампула вскрыта, дезинфекция руки проведена: шприц, укол — и через пару секунд результат. Затем сличение генетических проб двух Семёнов Петровых и вывод.
— Поздравляю вас, — с чувством выполненного долга сказал Грендон. — Вы действительно потомок легендарного Петрова. Все процедуры я запротоколировал и прошу вас их подписать.
Он пододвинул Семёну планшет и протянул стилус. Тот внимательно прочитал выводы юриста и подписал их. Дело было сделано, и наследник, наконец, выпил, несмотря на протесты своей супруги.
Когда-то давно, очень давно, российские учёные создали нечто невероятное — кристалл, который мыслит подобно человеческому мозгу. Это изобретение Семёна Петрова раз и навсегда изменило мир, ознаменовав закат эпохи традиционных кремниевых процессоров. На смену привычным компьютерным чипам пришли системы, вдохновлённые природным совершенством — человеческим мозгом.
Роботы с кристальными «мозгами» начали быстро учиться на собственном опыте, адаптироваться к изменяющимся условиям и принимать самостоятельные решения в нестандартных ситуациях. Это открыло человечеству путь к созданию по-настоящему автономных помощников, способных работать в сложных и непредсказуемых условиях. Новая форма разума, сочетающая мощь компьютерных вычислений с гибкостью человеческого мышления, стала основой для освоения дальнего космоса и развития человеческой цивилизации за пределами Земли. Выход, который пытались найти люди на умирающей планете, вселил в их души надежду.
Совместно со своими новыми помощниками человечество разрешило проблему сверхсветовых полётов, невозможных для них: они изобрели двигатель искривления пространства, позволивший преодолевать огромные расстояния за реальное время. Вдохновлённые успехом, люди и роботы начали строить на орбите своей планеты громадные космические корабли. Но у людей ничего не получилось.
Человек — хрупкое и нежное создание, ему тепличные условия подавай, а готовых к немедленному заселению людьми экзопланет астронавты не обнаружили. Терраформирование же планет для создания приемлемого климата, газового коктейля для дыхания и температуры — сложный и длительный процесс, требующий немереного количества материальных ресурсов и энергии. Ко всему прочему, жёсткое космическое излучение творило с людьми страшные вещи, и подолгу находиться под его воздействием чревато, а зачастую летально. Тут для достижения своей цели или генные и клеточные технологии применяй, воздействуя на отдельные органы колонистов, или думай дальше. Права была русская пословица: «Где родился, там и пригодился».