3. Восприятие объекта сохраняется при выпадении отдельных частей, пример западников - для восприятия, какого либо предмета, достаточно лишь нескольких элементов его контура. Короче говоря, весь этот немецкий гештальт, целиком укладывается в поговорку психологов: «Формируй не формируй - все равно получишь...гештальт». (А то, что, вероятно, читатель подумал, к восприятию отношения не имеет.)
Еще одна характеристика перцепции - обобщенность, которая проявляется в том, что каждый образ отнесен к классу объектов (и класс объектов имеет название). Запад считает, что в этом повинен язык и опыт человека. Чем больше опыт перцепции, тем к большей совокупности предметов, обладающих определенными свойствами, («категории»), сохраняя константность - «привязанность» к индивидуальному предмету, причисляется, «классифицируется» и тот образ, котором мы сейчас говорили.
Глубокоуважаемый читатель! Если Вы еще не выбросили наш опус, приносим извинения за корявую усложненность западного научного «первенства» в науках о человеке. Нынче и власти, и мода требуют: «Вливайся!» в «цивилизованное сообщество». Мы и показываем Вам (признаться, сами взмокнув), как выглядит то, во что мы «вливаемся» в психологии. «Права человеков» общие, значит и мы с ними (катушками) – одинаковые! Даже если мы, русские, вовсе даже другие – разные с ними. Авторы и сами чуть не запутались в нашем «великом и могучем», на котором «разные» означает и «разнообразные», и «отличающиеся друг от друга».
Вернемся-ка лучше к их «обобщенности» перцепции. Обобщенность, по-простому, означает: «вот это - стул, на нем сидят», и чем больше стульев повидал человек на своем веку, тем легче он отнесет вновь встреченный стул, дотоле незнакомый, к классу «стулья». Эта-та «обобщенность» и позволяет западному человеку не только классифицировать и узнавать предметы и явления, но и предсказывать кое-какие свойства, явно не присутствующие: если по своим качествам предмет отнесен к классу, то можно предполагать, что сей предмет обладает и другими свойствами класса.
Мы, русские, опять все по-другому воспринимаем, не так, как западные «обобщальщики». Это у них, к примеру, наткнулся на карте на какую-нибудь страну-государство, отнес встреченное, (на всякий случай), к «изгоям» - а куда же еще? У них ведь, «цивилизованных», нет друзей. Есть одни интересы, да и то – экономические. Вывод? - Сразу можно и нужно бомбить. Ведь даже если явно сия страна «помалкивает», она уже «отнесена к изгоям», а «изгоям» присущ «терроризм», «антизападнизм» и прочая гадость. А что это - Югославия, Афганистан, Ирак, Иран, КНДР - западу сие есть без разницы. «Обобщенность», блин, на марше!
А у нас, русских, - опять «не как у «общелюдей»! Плохо с обобщенностью, следовательно и с предсказанием латентного (скрытого) свойства встреченного предмета или явления, отнесенного к классу. У запада все «латентные свойства» - стоимостные, ни что иное как «цена вопроса». У Югославии «латентным свойством» была возможность учинить в Косово американскую военную базу, поскольку европейцы требовали больше денег за «простой на их территории». У Ирака – нефть. Русские люди – другие. Начинаются извечные национальные сомнения: «а тот ли класс?», «а относится ли встреченный «предмет-явление» к данному классу или это - мнимое отношение?»
Поэтому никого никогда превентивно не бомбили и не бомбим! Похоже, во всем виноваты народные «нецивилизованные» поговорки: «Не все золото, что блестит» и «Семь раз отмерь - один раз отрежь!» Короче говоря, идущий из глубины веков «русский запрет на поспешные обобщения». Потому-то и не бомбим превентивно – «по серости», никаких нет у нас «стран-изгоев», нанизанных западом как мясо на шампур на «ось зла». Это янки хорошо – у них более 70 миллионов неграмотных, которым что «ось зла», что «вектор козла» - лишь повод грабить.
Западные ученые твердо убеждены, что и константность, и предметность, и целостность, и обобщенность перцепции позволяют человеку гибко взаимодействовать со средой, и худо - бедно предсказывать явно не присутствующие свойства объектов, а без всего этого адаптировались бы люди к миру хуже. Как предупреждал один из крупнейших американских психологов некто Маклеод - «каждый перцепт есть функция условий среды». Запад и «адаптируется», (принцип «Мое!»): увидел что-то ему нужное, «перцепт образовался», он его хапнул! Сразу условия его личной среды обитания стали лучше – стран-то «изгоев» вокруг немеряно, есть где поживиться! Это «старые русские» репу чешут - «Не укради!» да «Не укради!»
Свойства восприятия развиваются в течение жизни под влиянием общества (особенно пресловутая обобщенность восприятия). Для того, чтобы восприятие было правильным (адекватным), т.е. чтобы образ соответствовал явлению, нужна обратная связь. Объект нужно «испытать» в деле. Запад в экспериментах с «искажающими» очками (специальные линзы то «переворачивали» все вверх ногами, или меняли «право» на «лево») узнал, что если человек в таких очках лишен возможности практически действовать с предметами, восприятие не перестраивается. Человек не мог ничего осуществить в «измененном мире».
Это выявили в экспериментах с «деформированной» комнатой, «деформация» которой заключалась в том, что «клиент», глядящий в окошечко в комнату, у которой на самом деле были стены поставлены так, что углы стенами образовывались тупые и острые, а с позиции «клиента» казались нормальными – прямыми углами (привычными). В том же окошечке, специально созданными оптическими иллюзиями, знакомые лица близких казались неестественно огромными. Психологов интересовало: сможет ли человек «разобраться», научиться действовать? адаптируется ли к «деформированному миру»? при каких условиях? Научится ли «исправлять» иллюзии восприятия, сможет ли скорректировать «деформации»?
Экспериментаторы людям (в разных сериях эксперимента): 1) позволяли действовать в «деформированных» комнатах; 2) наблюдать за действующими в них, «деформированных» комнатах, другими людьми; 3) просто сообщали сведения (давали информацию) об истинной форме комнаты. Результаты таковы: в 1 и 2 случаях человек справлялся и научался «исправлять» «деформацию». В третьем случае - просто «предоставления информации» - перехода, «исправления» иллюзий восприятия от сообщения информации к верному восприятию не происходило. «Информация к размышлению» читателю: все эти эксперименты производились в США еще в 1953 г. (Килпатрик).
Затем, на десятилетия о подобных экспериментах, выводах из их результатов, практическом использовании, молчали. Поразмышляли, читатель? А теперь взгляните на мир вокруг, на реальность новой «демократической» России, которую, по сравнению с прошлой жизнью (мы полагаем) смело можно назвать «деформированной комнатой». И как активно с нами, русскими, «работают» по «серии 3»: дают обо всем информацию. Недаром главным достижением реформ считают «свободу слова», а вот действие в «новом мире» - дело будущего. Так что - привет пламенный всем пытающимся «победить» «деформированную комнату» нынешних реформ на основе «свободы слова» и «доступа к информации».
Внимание как процесс.
Познакомимся со следующим явлением - вниманием. Если восприятие (перцепцию) принято считать «первичной переработкой и синтезом информации», то внимание рассматривает ту часть информации, которая будет реально перерабатываться «здесь и сейчас». Обычно западными психологами декларируется, что нельзя делать два дела одновременно, например, думать о чем-то и при этом выполнять другую деятельность. В отношении сложных, отдельных видов работы, может быть и так. А может эта «неспособность делать два дела одновременно» и есть их, катушков, отличие от нас?
Мы затрудняемся объяснить сии научные положения, но твердо убеждены, что наш читатель может одновременно решать свои насущные задачи и обсуждать с женой нашу книгу. Она же готовит ужин, при этом смотрит ТВ, но успевает думать о том «как бы ей купить новое платье». А читатель, помимо беседы о внимании, так же смотрит на экран, но вдобавок думает при этом «как бы сходить в субботу в баньку с друзьями», «о судьбах России» и повышении квартплаты. Ну да отбросим эти наши отечественные ненаучные взгляды и способности, и поговорим о внимании.