Со всей очевиднностью, данная базовая особенность игзоидного типа проявляется в периоды исторических перемен в обществе, и значительно меньше заметна в периоды стабильности общества. Исторические перемены можно представить моделью замедления темпа движения общества как целого в прежнем направлении, «паузой для поворота» на новый курс, когда, образно говоря, «прежние времена «замедляют бег» и могут остановиться, а «новые времена» перехватят эстафетную палочку жизни.
Принято также считать, что стабильное состояние в обществе (внешней реальности), характеризуется органичностью и «медлительностью» перемен. Сюда же «подверстывают» их предсказуемость, а еще лучше - желанность для большинства населения. Или же, как минимум, - пусть если не возможность «шагать в ногу» с переменами, то, по крайней мере, не быть растоптанным «передовиками перемен».
Стабильность субъективно означает, что «нет рывков», «время не несется вскачь». Стабильность - когда вроде бы «день за день, нынче как вчера». Но.... через некоторое время - социум, внешняя реальность меняется. На самом деле скорость изменений может быть любой. Дело не в «скорости преобразований», а в готовности людей к переменам. Если люди в обществе не готовы, любые перемены кажутся, воспринимаются ими слишком быстрыми и неорганичными, ненужными и вредными. Если же готовы – любая скорость перемен не кажется «чрезмерной», никто не требует ее сбавить, «притормозить» на ухабах. В зависимости от характерологического типа, люди по-разному относятся к переменам.
Для схизоида хороши лишь те перемены, которые соответствуют его идейным воззрениям, эти перемены он готов не только терпеть, но и принимать в них участие. Для психастеника также желательны перемены, соответствующие его взглядам, но он может смириться с переменами любыми. Истероид перемены «обожает, жит без них не может». А игзоиду и без перемен беда.
Те перемены, что осуществляются в русле традиций, и переменами редко воспринимаются. К ним легко и естественно приспосабливаются люди, успевая сменить «устаревающие формы поведения на новые, все происходит без «непримиримой борьбы» субъектов – «носителей нового» и «носителей «устаревшего». Поскольку новации вырастают из традиции, снимается ощущение их чуждости, «инакости». Тенденция, базовое направление изменений остается тем же, меняются лишь формы репрезентации «незыблемых ценностей», нравственных Абсолютов. Хранителем сакраментальных (священных) истин всегда выступает религия. Мы уже говорили об этом выше.
Но вернемся к игзоидному типу. Игзоид - экстраверт (направлен во вне), и поэтому ему свойственна привязанность, даже «залипчивость «на внешнюю реальность, которая обусловлена его врожденной замедленностью всех психических процессов (особый метаболизм нервной системы, часто переходящий из поколения в поколение), и, тем самым, - замедленностью переключения (как с процесса на процесс , проявляющейся уже на уровне ощущения, внимания и т.п., - так и замедленностью переключения с деятельности на деятельность).
Эта замедленность «диктует» и специфику мировосприятия, и мирореализации игзоида, и способы адаптации к внешней реальности. Как и на любого индивида, на игзоида ежемоментно обрушивается огромное количество стимулов, воздействий , событий и явлений , но среди этого многообразия выделяется сфера социального: по частоте (повторяемости) и значимости.
Мы уже писали об этом выше. - О социализации человека как способах или влияния, или воздействия, т.е. обучения и воспитания ребенка тому, «что такое хорошо, что такое плохо», «законам жизни». Этим заняты и родители, и учителя, и все, кому не лень, да и сама жизнь (через СМИ, книги и т.п. и всех тех, с кем и чем сталкиваются дети.).
Пресловутое правило «повторенье - мать ученья»еще никто законодательно не отменял и посему, игзоиды именно «законы жизни», «законы» социума усваивают накрепко. Следует заметить, что для игзоидов именно эти «законы жизни» становятся «смыслообразующими»: во внешней реальности - они, «законы» социума («как вести себя с окружающими»), особенно в детстве и юношестве, «организуют», упорядочивают реальность всего того мира людей, от которого игзоид зависит ТАК СИЛЬНО, как, пожалуй, ни один из других характерологических типов (схизоида, психастеника, истероида).
Замедленному, «вечно запаздывающему» игзоиду, следование социальным требованиям «облегчает» жизнь, поскольку «правильное поведение» приносит индивиду - игзоиду столь редкую для него похвалу, одобрение - «витамин счастья». Почему? Ни один из описываемых нами характерологических типов уже в раннем детстве, не получает столько много «тумаков и шишек», и так мало - «пирогов и пышек». На фоне бесконечной критики, которой подвергают игзоидного ребенка взрослые и даже дети (его постоянно попрекают за медлительность и, более того, считают - и не скрывают этого - «глупым»), а «глупым» игзоид бывает далеко не всегда (читатель, вновь напоминаем, что шкала интеллекта независима - инвариантна- от шкалы направленности).
К сожалению, игзоида с детства «карают» за его самость, за наследственно обусловленную сущность - замедленность. «Карают» за то, что игзоид изменить не в состоянии: замедленность - врожденная, а не каприз человека. (Можно изменить форму носа с помощью пластической хирургии, но невозможно изменить метаболизм нервных клеток и особености высшей нервной деятельности - в.н.д.).
Единственной « отдушиной» для игзоида становится следование социально одобряемым правилам поведения: за хорошее поведение игзоида хвалят. Только за правильное поведение игзоид получает одобрение: « Молодец, хорошо!» И именно вследствие положительного подкрепления этой формы активности («социально хорошее поведение»), игзоид «выбирает» (а куда деваться? - Игзоидному ребенку, как и любому другому, нужна похвала, «витамин счастья», тем более что он направлен во вне, на внешнюю реальность, экстравертирован), «социально одобряемое» основой ориентации во внешней реальности.
Игзоид «выбирает» мир людей, социум, «залипает» именно на него, а не на остальные стимулы, воздействия и прочие внешней реальности. Конечно же, успешность этой «ориентации на социум, мир людей», тесно связана с наследственно обусловленными показателями, разными уровнями, которые присутствуют в других введенных нами шкалах (шкале интеллекта, шкале эмоций).
Игзоиды, находящиеся на участке, «отрезке» шкалы направленности (шкале экстра- интровертированновти), находящиеся, «представленные» близко от точки условного 0, и обладающие (наделенные), на наш взгляд, небольшой активационной потенцией, крайне редко бывают успешными в реализации своей социальной ориентированности (как варианта репрезентации экстравертивной направленности). Такие игзоиды воспринимаются людьми, (мы говорили об этом выше), отчужденными от мира. Их часто путают со психастениками, особенно поначалу, при поверхностном общении. Однако, дифференцированная психодиагностика не очень сложна: психастеник - истощаем, а игзоид - замедленнен, а посему и отчуждение у этих характерологических типах разное. Психастеник отчужден от мира, потому, что из-за слабости, истощаемости, - не хочет иметь дела с миром (слишком утомительно). Игзоид отчужден от мира, потому, что не может, (хотя и хочет!) иметь дело с миром (слишком замедленнен во всем).
Двигаясь далее, левее от точки условного 0, вместе с увеличением экстраверсивности, направленности на объект, возрастает и возможность адаптивности игзоидного индивида к внешней реальности, социуму особенно. «Расширяя охват реальности своей установкой сознания», такой игзоид снижает своим поведением степень отчуждения – неприятия его миром людей.
Метафорически говоря, «одинокий солдат», «заблудший», «отставший от армии» - образ, который мы использовали выше – уже другой. Он уже есть не просто «странник», не просто «путник запоздалый». Он – «служивый», «солдат», влекомый звуками (пусть и неслышной окружающим его людям) полковой трубы. Наблюдательный человек сможет разглядеть и «мундир» на «солдате», а посему и не принимается он изгоем, а отчуждается миром людей уже по-другому.