– Что ты ищешь, сибиряк? – спросил я его с удивлением.
– Нет ни кактусов, ни дюн, – был его комментарий.
– А зачем они тебе?
– Желудок не в порядке, мне нужно в туалет. Присесть за что-то, – объяснил малыш.
– Ха-ха, ты съел большую часть нашего провианта, я тебя понимаю. – Я огляделся и обнаружил, что кроме песка вокруг ничего не было.
– Что же делать? – спросил меня Сергеев, как будто я был его матерью.
– Выбираешь направление и идешь, пока не удалишься от нас. Хотя бы вонь не чувствовали, достаточно того, что воздух, как в печи.
Сергеев послушно взял нож и рулон туалетной бумаги и отправился. Он вернулся через двадцать минут весь вспотевший. Жара действительно становилась невыносимой.
– Пока делал свою работу, с меня стекло больше пота, чем я мог себе представить, что есть в моем теле. После как напрягся…
– Меня не интересуют твои дерьмовые истории, – сказал я. – Жара невыносима для всех, не один ты срешь.
– Я просто хочу немного воды, моя кончилась, – попросил он жалобно.
У меня было полбутылки воды, и вскоре должны были прилететь вертолеты. Я отпил глоток, потом протянул ему бутылку.
– Спасибо, ты как мать родная, – поблагодарил он и выпил залпом.
Вертолеты задержались часа на два, и во рту пересохло. Когда наконец послышался шум их пропеллеров, я вздохнул с облегчением. Вода была нашим спасением в пустыне, я научился ее ценить. Парашют, который был прикреплен к металлическому каркасу, начал быстро спускаться к песку. Джип капитана Ляжуани отправился туда, где приземлился ценный груз. Чуть позже вода была распределена, и Четвертый эскадрон отправился в полном составе к конечной точке своей миссии – оазису Фалья.
Расположившись километрах в пятидесяти от Фальи, на рассвете мы направились в город, чтобы попасть туда пораньше. В десяти километрах от места назначения начали появляться пальмы и кактусы, которые были доказательством того, что мы подходим к оазису. Мы вышли на довольно проторенную дорогу: грузовики двигались по ней со скоростью почти сто километров в час. Мы добрались до Фальи в считанные минуты.
Я ожидал увидеть что-то вроде большого города, но, к моему удивлению, первые здания, которые я увидел, были больше похожи на археологические раскопки. Здесь люди, очевидно, не знали, что такое крыша, а иногда даже отсутствовали и стены зданий, но было много красивых деревьев и небольших кактусиков на дюнах. Караваны кочевников расположились на окраине города, и шум грузовиков испугал верблюдов. Рано пробудившиеся люди смотрели нас с благоговейным трепетом. Очевидно, эти люди настрадались вдоволь во время гражданской войны. Пройдя через оазис, мы, как кочевники, поселились на окраинах, в то время как наш капитан отбыл на какие-то деловые встречи. Мы находились в состоянии боевой готовности, но все казалось спокойным. Атмосфера не была напряженной, но снова, как и в других городах, через которые мы проезжали, мы видели невероятную нищету голодающих и надежду получить что-то в подарок в глазах детей.
Вокруг нашего лагеря было полно финиковых пальм. Видимо, это был основной фрукт в этом оазисе. Варенье, сухари и печенье мне надоели, и я решил залезть на пальму. К счастью, она не была слишком высокой, а финики были очень хрупкими. С тех пор как я приехал в Африку, я похудел больше чем на десять килограммов, так что ствол удержал меня, и я с удовольствием жевал сладкие фрукты. Йорданов также залез на пальму и начал есть финики. Наш капрал-механик рассмеялся, показывая на группу детей, которые подходили, предлагая именно финики. Мы слезли с деревьев и обменяли печенье и консервы на два мешка сладких фруктов.
Мы сели под кустом, держа в руках финики и бутылки минеральной воды, и стали любоваться пейзажами, пальмами, дюнами и удивительно мелким песком. Вдруг странный шум позади нас прервал тишину, и, обернувшись, мы увидели метрах в двадцати караван кочевников. Когда к нам приблизился их вожак, мы вскочили на ноги. Он остановился и крикнул с почтительного расстояния:
– No, photo, no!
– О.к., – сказал я и бросил ему две банки.
– Спасибо, спасибо, – он поклонился и лишь тогда разрешил нам фотографировать.
Мы продолжали есть финики, когда группа детей начала робко подходить к нам. Большинство из них были завернуты в очень красочную одежду. Это были девочки. Когда мы встали, они побежали в панике, но увидев, что мы не гонимся за ними, остановились и начали снова приближаться сантиметр за сантиметром. Я взял две пачки обычного печенья и крикнул им: