Теперь легионеры были вызваны для того, чтобы обезопасить районы с высокой радиоактивностью, заливая их бетоном. Все выбранные для этой миссии должны были быть, по крайней мере, младшими сержантами, и если они были женаты, то должны были уже иметь детей. Пятый иностранный полк на первый взгляд казался весьма привлекательным, но сильное излучение заставляло легионеров задуматься о последствиях. Конечно, у них не было права выбора, и если их родной легион посылал их туда, то они должны были ехать. Так старый майор Боленс, чьей единственной семьей была кавалерия в Оранже, прибыл в одно из самых спокойных подразделений легиона.
Такое же далекое назначение получил и Рашита – сержант с фермы, где я обучался, который уже дослужился до чина старшего сержанта. В отличие от майора Боленса он был женат и имел двоих детей. Рашита не беспокоился о своем здоровье, его дилемма была: брать ли с собой семью, потому что, как у унтер-офицера, прослужившего десять лет, у него было право на это, или уехать одному. По данным исследований радиационного фона, дома военнослужащих были на безопасном расстоянии от рабочих объектов. Румын, однако, помнил, что в его стране тщательно прятали такую информацию, и боялся за своих детей. Но так как дети большинства офицеров, как и дети самого полковника, жили в районе подразделения, Рашита тоже решил взять с собой семью.
Жизнь в этом полку было намного спокойнее, чем в других подразделениях легиона. Учения и покрытие нормативов были сведены к минимуму. Были и некоторые специальные курсы, например, как уберечь себя от акул. Местное население часто подвергалось нападению хищников, и несчастные случаи не были редкостью, поэтому легионеры предварительно уточняли места, где купание было относительно безопасным. После своего перехода в Пятый иностранный полк майор Боленс решил ввести новые правила безопасности, потому что он не собирался терять кого-нибудь из солдат из-за глупой случайности. Полковник попытался поговорить с майором, объясняя ему, что из-за жары и тяжелого труда приходится вводить обязательные перерывы и более легкий режим, чем в других подразделениях легиона:
– Видите ли, Боленс, у нас здесь несколько иные правила из-за радиационного риска, и я не думаю, что необходимо повышать определенные требования.
– Я не собираюсь полностью менять порядок, полковник, но, по крайней мере, наряд перед частью должен быть в приличном виде и представлять легион, как везде. Я буду так же требователен к старшим офицерам здесь, как я был требователен до сих пор к молодым легионерам в Первом иностранном кавалерийском полку.
– Да, я понимаю, майор, я знаю, что вы одинаково требовательны ко всем, в том числе и к самому себе, что дает вам моральное право требовать все больше и больше, но я прошу вас уведомлять меня каждый раз, когда вы решите изменить что-то в полку.
– Единственное, на чем я собираюсь настаивать здесь, это чтобы все вели себя как настоящие бойцы и берегли честь Иностранного легиона. Риски излучения не выше тех опасностей, которые подстерегают наших ребят в Косове, Ливане, Джибути, Чаде, Габоне и любой другой точке планеты.
– Да, я понимаю, – заключил полковник, отдавая себе отчет в том, что такой человек, как Боленс, никогда не отступит от своих принципов, и что с этого момента дисциплина в Пятом иностранном полку будет напоминать дисциплину в Оранже или Джибути, в котором майор бывал неоднократно в течение своей долгой карьеры.
Старший сержант Рашита не возражал против правил, навязанных майором Боленсом, потому что в Четвертом иностранном полку как раз он подавал пример молодым легионерам своей аккуратно выглаженной формой. Только резкая смена климата и активная повседневная жизнь приводили его в некоторое замешательство. Инструктор кандидатов в легионеры в Пиренеях, он вдруг принял на себя руководство командой опытных младших сержантов, большинство из которых служили дольше, чем он, и перешли из инженерного полка. Румын часто думал о том, было ли это назначение наградой или наказанием за то, что он постоянно настоятельно просил полковника в Кастельнодари отправить его на службу за пределами континента. Первоначальные опасения Рашиты по поводу радиации уже были сняты.
По словам полковника, он был здесь, чтобы помочь с организацией закрытия полка и с образцовой передачей инвентаря французской армии. Заливка бетона в некоторых местах была почти завершена, и излучение в регионе значительно уменьшилось. Рашите было нелегко сработаться с некоторыми считавшимися хозяевами объекта младшими сержантами, которые смотрели на него чуть ли не как на молодого офицера, только-только вылупившегося из военной академии. Конечно, они должны были ввести его в суть дела, и он нуждался в их инженерных знаниях. Но уважение к погонам было на первом месте, и еще в самом начале старшему сержанту пришлось отправить двоих из них в карцер из-за новых правил майора Боленса.