В период между двумя мировыми войнами началось создание новых традиций и модернизации военной техники. Постепенно лошади были заменены моторизованными транспортными средствами, и кавалерия обновилась. Таким образом, в 1929 году новосозданный Пятый эскадрон в с первых месяцев своего существования был полностью моторизован.
В 1937 году эскадрон, находившийся в Сиди-эль-Хани, в Тунисе, который был кавалерийским училищем, был распущен и был сформирован новый учебный эскадрон в Сиди-Бель-Аббесе. Таким образом, говоря словами Жофре, кавалерия приблизилась к Alma mater Иностранного легиона. В этом новом эскадроне готовились всадники, которые отправились в Тонкин и сформировали кавалерийский взвод Пятого стрелкового полка Иностранного легиона. В июле 1939 года, в канун Второй мировой войны и в конце так называемой первой эпохи существования легиона, эскадрон в Тунисе был полностью моторизирован, а в Марокко был сформирован Второй иностранный кавалерийский полк.
Самый большой полк Иностранного легиона
Большой словак Эрвин, с которым я подружился в первый же день в центре вербовки в Страсбурге, отправился в Ним еще с двенадцатью парнями из нашей учебной роты S4. Часть, названная в честь полковника де Шабриера, была наследником древнего Второго иностранного полка с составом около 1200 легионеров. Это был крупнейший полк французской армии. Я провел несколько уикендов в Ниме, где служило немало моих соотечественников, и узнал о приключениях моего спутника из Страсбурга, который попал в Третью боевую роту и служил еще с четырьмя болгарами. Эрвину, как сильнейшему в своей группе, был доверен тяжелый пулемет 12,7, так что во время учений в дополнение к своему FAMASy он должен был нести разобранный на три части пулемет, иногда с помощью одного или двух новобранцев. Это огромное орудие использовалось еще во времена Второй мировой войны и по сей день поддерживалось в отличном состоянии в руках легионеров.
Во Втором иностранном пехотном полку, в отличие от кавалерии, не было навязчивой идеи идеально чистой и совершенно выглаженной формы. Ним был большой город по сравнению с Оранжем, и легионеры выходили спокойно, без страха контроля на каждом шагу со стороны майора Боленса и военной полиции. Даже в самой части не было такой травли и муштровки, как в Первом иностранном кавалерийском полку, но физические упражнения и подготовка на полосе препятствий были довольно тяжелыми. Из всей кавалерии только Четвертый кавалерийский эскадрон мог сравниться с маршами и кроссами боевых групп Второго иностранного пехотного полка. Танковые эскадроны, безусловно, были сосредоточены больше на стрельбах, на техническом обслуживании военной техники и, конечно, на навыках в управлении военными машинами, а в пехоте самой важной частью была физическая подготовка солдат.
Легионеры в Ниме постоянно выходили на учения в горы, а иногда проходили более чем 100 километров в течение двух или трех дней. Боевые группы полка не приостанавливали активную деятельность в течение последних нескольких лет. Рота Эрвина принимала участие во многих миссиях ООН и НАТО в Центральной Африке и бывшей Югославии. Все старые легионеры прошли через крещение огнем, и большой словак, каким бы ни был сильным, чувствовал себя чужим среди этих профессиональных солдат.
Жак Огарь руководил одним из трех подразделений, принимавших активное участие в миссии «Бирюза». Полковник был опытным офицером Иностранного легиона и участвовал в большинстве операций в Африке с начала 80-х годов. До того как зеленые береты вступили на территорию Руанды, были убиты два солдата из миссии Организации Объединенных Наций по поддержке мира в Руанде (MINUAR), три военных наблюдателя и сотрудник гражданской полиции. Большинство жертв были из рядов бельгийского контингента, и Бельгия настаивала на выводе своих войск. У канадского генерала Ромео Даллера, который командовал MINUAR, были связаны руки, так как он не был уполномочен начать изъятие оружия у противоборствующих сил. Организация Объединенных Наций опаздывала со своими решениями и не квалифицировала столкновения в Руанде как геноцид. Ее «Голубые каски» не смогли справиться с ситуацией, и до формирования новой миссии – MINUAR 2 в Руанду отправились несколько боевых рот разных полков легиона под руководством офицеров, в то время как полковник Огарь встал между двумя враждующими племенами – тутси и хуту. Военная миссия превратилась в гуманитарную, и основной целью стало сохранение жизни гражданских лиц, которые подвергались массовым убийствам.
Болгарин Георгий поделился с Эрвином своими приключениями в Руанде: