- Кляп в рот вставлять будем, или так обойдёмся? – язвительно бросил мужчина, слепо шагнув к кровати и тут же ударяясь об неё коленом.
- Может и будем, если понадобится, - ласково пообещал Акаразту.
Когда Ремар наконец забрался в постель, по собственным ощущениям примерно на середину ложа, и улёгся там на спину, дагонат подхватил болтающуюся цепь и закрепил её так, что руки избранного оказались запрокинуты за голову.
Судя по тихому шелесту и негромкому позвякиванию булавки, азаманка стянула с себя твою ритуальную простынь и подошла к постели, присаживаясь с краю.
Потом тишину прервал шорох переносимых тел. Как понял герцог, дагонат заботливо раскидывал его людей по кушеткам, что стояли вдоль стен павильона. Мужчина нисколько бы не удивился, если бы страж укладывал их лицом в сторону, а ещё и, наверное, прикрывал с головой одеялами, что бы его драгоценная хозяйка не смущалась лишний раз.
Пока щупальцелицый был занят, девушка приблизилась вплотную к распростёртому телу Ремара. Он чувствовал бедром тепло её кожи, и мысли, что сейчас эта склочная, но красивая девица рассматривает его голое тело, вызвали у мужчины волну возбуждения. Азаманка тихо охнула, отодвигаясь, а дагонат что-то проурчал из дальней стороны комнаты.
- Может он всё-таки уйдёт? – сцепив зубы процедил герцог, бряцая кандалами, словно он пытался проверить их на прочность.
Как и обычно, Аз’Этрисс проигнорировала его вопрос, наблюдая за поднявшейся плотью мужчины. Она знала, что добиться этого можно травами или прикосновениями, как слышала она из речей более опытных женщин. То, что мужчина сам был готов к их соединению слегка сбило девушку с толку. Тряхнув головой, отбрасывая лишние мысли, Этри положила руку на его член, чувствуя, как под её ладонью его мягкая и шелковистая на ощупь плоть становится ещё тверже. Другая её ладонь легла на грудь герцога, изучая и поглаживая покрывшуюся мурашками кожу.
Потом её руки снова пропали.
Аз’Этрисс отстранилась, находя пальцами теперь уже свою собственную плоть, как это делала на её глазах Ролкаш. Скованные неумелые движения не давали особого эффекта, и девушка со вздохом призналась самой себе, что какая-то часть урока до неё явно не дошла. Поэтому она не придумала ничего лучше, чем перекинуть ногу через тело Ремара, усаживаясь на него верхом, направляя в себя его плоть и насадиться на неё.
Её крик слился с грохотом перевёрнутой скамьи и торопливыми шагами дагоната. Этри казалось, что её прошила насквозь жгучая молния, оставившая за собой раскалённый ожог между её бёдер. Каждый её жест и движение, кричали Ремару о её неопытности, или хуже того – невинности.
- Развяжи меня, и мы сделаем всё по-нормальному, - попросил мужчина, снова натягивая звенящие цепи..
- Акар… - выдохнула девушка, не обращая на него никакого внимания.
Герцог понимал, что ей больно, по напряжённым до судорог ногам, что напряглись поверх его бёдер, по всхлипам, которые долетали до него из-за повязки особенно остро. Что за дикие бабы! Он боялся пошевелиться лишний раз, чтобы не причинить ей ещё больше вреда, когда почувствовал, что поверх его ног усаживается её проклятый щупломордый страж.
Акаразту прижал к груди вздрагивающую, замершую в нерешительности азаманку. Сидеть было больно, продолжать ещё больнее. Её перепуганный взгляд рвал сердце стража.
Дагонат приподнял Этри за талию, заставив её болезненно зашипеть, и закидывая её ноги на себя. Теперь он держал хозяйку на весу одной рукой, другой прижимая к себе. Страж не снял девушку с избранника полностью, справедливо полагая, что так ей будет ещё больнее. А им ещё предстояло завершить начатое – вдруг духи окажутся милостивы и всё получится с первого раза?
Ремар вздрогнул, ощутив на члене прикосновение – и это явно была не изящная женская ручка. Дагонат растирал на нем какую-то прохладную субстанцию.
- Смазка, - прошипел Акаразту так, словно это герцог был во всём виноват. Ремар был бы рад, если бы девица слезла с него и с криком умчалась прочь, но неизвестно, как бы это повлияло на судьбу пленников. Что-то подсказывало мужчине, что не в лучшую сторону. Пересчитав в уме все известные ему молитвы, коих, к сожалению, нашлось не так уж много, мужчина спустил ему и рычание, и касания, понимая, что без этого было просто не обойтись.