Вопреки всему, Этри, не имея возможности отвернуться, почувствовала, как в ней поднимается жаркая волна, идущая из самого её нутра, раскатывается лавой по всему телу и концентрируется между ног. Ей хотелось ласкать себя, как делала до этого тётя, но стыд и присутствие за спиной стража парализовали её. Дагонат больше не пеленал Этри в своих объятиях, теперь девушка, зачарованная увиденным, не отворачивалась сама.
Мальчишка уже не держался на ногах, он скатился с Ролкаш в очередной раз, падая рядом. Когда женщина магией перевернула его, Этрисс с отвращением увидела, что до сих пор его плоть не перестаёт раз за разом восставать. Почему-то ей подумалось, что это болезненно – недаром же раб уже едва слышно скулил, а по щекам текли влажные дорожки.
Аз’Ролкаш хрипло смеётся и от её смеха вздрагивают все, находящиеся в покоях. Она седлает раба, сама насаживаясь на его плоть. Видимо так его и без всяких ухищрений впечатляющий член проникает ещё глубже, потому что она вытягивается в струнку, запрокидывая голову и издавая низкий животный стон. Её ногти рисуют узоры на бледной, без единого волоска, груди избранника, а бёдра движутся, как неотвратимо накатывающий прибой, постепенно наращивая темп. Вот уже она накрывает ладонью свои раскрытые складки, рукой повторяя движения члена, и извивается и раскачивается всё сильнее, в отличие от обессиленного неподвижного раба. Переживёт ли юноша эту ночь?
Наконец крик аман разрывает вязкую наэлектризованную атмосферу в покоях, и она скатывается с избранника, проводя языком вдоль его горла длинную влажную полоску и насмешливо покачивая пальцем дрожащую устремленную в потолок мужскую плоть.
Не дожидаясь нового кошмарного витка этого просветительного урока, Аз’Этрисс чуть поворачивается к стражу и легонько толкает его в грудь. Дагонат понимающе сжимает её локоть и прикладывает наново оцарапанную ладонь к стене, выбираясь из покоев владычицы, где появляется ещё несколько действующих лиц – служанка ведёт нового раба, а страж служанки перекидывает через плечо и уносит обнажённое тело первого юноши. Второй раб нетерпеливо стонет и тянет руки к Ролкаш, когда она со смешком цепко хватается за его эрегированный член.
Неожиданно, когда они только выбираются из ниши обратно в ход, и кладка ложится на место, отрезая все льющиеся из спальни звуки, Аз’Этрис почувствовала на шее губы Картаниха, щупальца, с плеч переползающие на грудь, и его руку, скользнувшую в высокий разрез юбки. Со всей сил ткнув стража локтем, Этри отскочила от него, поворачиваясь лицом и зашипела:
- Не смей!
Её сердце колотилось где-то в горле, кровь стучала в ушах, от возбуждения уведенной картиной, ужаса от прикосновения чужого стража, и от стыда, что на мгновение она не хотела прерывать этот контакт.
Картаних неловко опустился на одно колено, с трудом протискиваясь в узком коридоре.
- Я почуял запах твоего возбуждения и лишь хотел помочь. Я… не причиню вреда.
Этис отшатнулась от него:
- Мне не нужна твоя помощь. Передай хозяйке, что я усвоила урок.
Когда дагонат начал подниматься, она остановила его одни повелительным взмахом, до боли знакомым и похожим на жесты Ролкаш:
- Дойду сама, не ходи за мной, - девушку до сих пор потряхивало, она медленно пятилась, разумом понимая, что ничего страж ей не сделает, но почему-то всё равно боялась повернуться к нему спиной. Отойдя от замершего дагоната подальше, она бросилась в свои покои.
Ролкаш вошла в покои племянницы задолго до рассвета, кивком отпустив топчущихся на пороге стражниц. Едва заметное движение пальцев и в воздухе разлилось нехитрое плетение заклинания, укрепляющего сон.
Её темнокудрая малышка лежала в постели, свернувшись в гнезде из лёгких разноцветных покрывал. Ожидаемо, рядом с ней лежал дагонат, даже во сне старающийся быть к Этри поближе – она спала на его руке, прижавшись спиной к широкой груди, другой рукой он держался за её подтянутое к груди колено, словно пытаясь плечом загородить от всего мира. Ролкаш опустила ладонь на тёмную макушку племянницы.
Нужда в наследницах была лишь убедительной и правдивой отговоркой. Да, их было всего две. Но силу и авторитет Ролкаш и близко не мог попрать ни один из высоких домов, не говоря уж о какой-то конкретной женщине. На всём Полуострове не нашлось бы никого сильнее аман, о чём с неохотой однажды призналась ей северная бруха. Главной целью владычицы было отвлечь Аз’Этрисс от её стража. Только эта наивная глупышка думала, что её привязанность к дагонату и их шалости никому не видны. Сначала мужчина, а затем дочка не оставят ей времени на глупости. Молодые девушки впечатлительны и влюбчивы, даже если она привяжется к э’кхе и будет страдать от его ухода, всё это будет лучше, чем… Взгляд Ролкаш перетёк на спящего стража.