– Видел, какая Эмилия сегодня грустная? Неужто недостаточно постаралась вчера перед шефом? – Дмитрий говорит с усмешкой, издевается, почувствовав власть и силу в отдалении от стажеров.
– Дим, не нужно так, она хорошая, – Николай ударяет брата легонько в плечо, намекая, что тот перегнул.
– Хорошая или нет, а подлизываться точно умеет, – продолжает напирать, переходя границы. Герману Высоцкому вдруг становится противно и горько от происходящего.
Подойдя ближе, он тушит окурок о стоящую урну и бросает короткий злой взгляд на коллег. Под глазами Германа залегли тени, пальцы подрагивали, и вид был, наверняка, устрашающий. Дмитрий тут же замолчал и изменился в лице, а Николай бросил виноватый взгляд.
– Нечем заняться? – спрашивает бесцветно, будто совсем незаинтересованно, хотя внутри начинает разгораться пламя. Эмилия Волкова – его игрушка. Его личная груша для битья. А раз так, то никакие мелкие сотрудники не посмеют о ней даже перешептываться.
– А что? – Дмитрий храбрится, выступает вперед.
– Займитесь делом, вот что. Твои ядовитые разговорчики слышно из другого угла, а Волкова выполняет такую же работу, как и вы. Показательная порка была для всех уроком, Шилов просто выбрал ее, – злобно, с нажимом, защищая ту, кого сам не прочь был пристыдить и унизить.
Николай смотрит с неловким сочувствием, пока Дмитрий багровеет от злости и унижения.
Высоцкий знал, почему поставил портье на место. Это казалось ему верным, правильным. Обозначить территорию, определить, что только он властен над Эмилией и может отпускать комментарии по поводу её работы. Прищучить языкастых коллег, посягнувших его «территорию». Однако на спокойном лице Николая читалось иное.
Эмилия спустилась в подвал, полная решимости поскорее завершить унылую и пыльную работу. Девушка выпила уже третью чашку кофе за утро и была на пределе. В голове сотни мыслей мешались между собой, крутились ураганами. Пальчики подрагивали, а глаза бегали из стороны в сторону. Накопившееся утомление вместе с количеством потреблённого кофеина постепенно делало свое дело, сводя стажерку с ума.
Кабинет, куда её направили, был совсем маленький. Эмилия едва могла в нем развернуться, не говоря уже об активной работе. В комнатке был стол и стульчик, а вокруг со всех сторон пылились бумаги, журналы и газеты. Девушка недооценила объем работы, но сдаваться намерена не была. Усевшись на деревянный холодный стульчик, она посмотрела в любезно распечатанный Софией Анатольевной план. Секретарша, передавая его девушке с утра, выглядела удовлетворенной, отдохнувшей и даже счастливой. Стажерка видела, как пробегаясь взглядом по пунктам, София Анатольевна ликовала. Ей было до одури приятно, что Шилов наказал эту несносную девчонку за неповиновение. Женщина сама попадала на эти грабли, когда еще была амбициозной, целеустремленной и готовой к борьбе. Её уроки были быстро выучены, грудь и ножки оголены для заинтересованного начальника. Идти против системы, бороться с ней было утомительно и губительно, а вот пойти на поводу – легко и в последствии очень даже приятно. Не учла она только того, что Шилов в какой-то момент стал не просто мужчиной, с которым она иногда спала, но и предметом её интереса. Давя в себе эти чувства, она взращивала ненависть ко всем, к кому пытался проявить знаки внимания начальник.
Рассматривая план, девушка увидела первые пару пунктов, требующих найти и подготовить для дальнейшего изучения два документа. Документы должны были находиться в папке с определенным названием. Стажерка рылась в коробках, изучала стеллажи, перекладывала особо крупные папки с полки на полку, тщательно осматривала их содержимое, не в силах найти нужную. Время текло неумолимо, уже близился обед, а заветный документ будто растворился в воздухе.
Открылась дверь, Эмилия бросила гневный взгляд на входящего.
– Высококлассное задание, кошечка, как раз под стать твоему профессионализму, – Герман показывается в проеме, просовывая одну лишь голову, улыбается ей фальшиво-лучезарно.
– Что-то нужно? – девушка вздыхает, утыкаясь в папку на коленях. Сил бороться с парнем у неё сегодня точно нет.
– София Анатольевна сказала передать, что папку под номером 34 она забрала с утра, – парень уходит, хлопая дверью и оставляя Эмилию наедине с клокочущим в груди негодованием. София точно знала, что девушка будет искать её по плану. Стажерка уже успела подумать, что перепутала документы или пришла не в тот архив, но все оказалось проще, секретарша снова ставила палки в колеса.