Глава одиннадцатая
Стажеры работали хорошо. Михаил Иванович бесконечно подкидывал им новую работу, забивал свободное время заданиями и вынуждал работать почти что на износ, но для Эмилии и Германа офисная работа, решение небольших казусов с клиентами, выполнение задач в сфере рекламы и пиара «Полночного солнца», а также организационные процессы были хотя бы интересны и не унизительны.
Коллеги уставали, работали в оптимальном темпе, прерываясь только на кофейные или сигаретные паузы. У них образовался некий ритуал: Эмилия извечно ходила перекусывать в ресторан отеля, где её подкармливала любезная Елена Андреевна, а также захватывала небольшой перекус и кофе для Германа. Он её об этом не просил. Но в ней вдруг отозвалось что-то светлое, какая-то глупая надежда, что, может быть, это поможет снизить градус напряжения между ними. Если Высоцкий первый попадал на кухню, то он также захватывал для девушки чашечку кофе или слойку. Этим жестом он её благодарил и полностью «расплачивался», снимая с себя все обязательства по уменьшению количества издевок или по честной игре, на которые рассчитывала соперница. Он был достаточно умен, чтобы оценить её любезность. Хоть ему это и льстило, внутри оставалась холодная настороженность – привычка ждать подвоха в каждом её жесте.
Несколько дней прошло спокойно, баллы не начисляли, а заданий для соревнований не предвиделось. Эмилия и Герман знали, что рутинная работа, которую повесили на них в связи с форумом, также могла принесли свои плоды в виде баллов, но озвучивать Шилов их так просто не станет. А потому парочка почти не соревновалась, занимаясь своими делами и соблюдая тишину в кабинете. Это тоже стало некой традицией за почти полные две недели, что они находились в «Полночном солнце». Тишина в кабинете была ощутимой, казалось, протяни руку – коснешься. Стажерам так было гораздо комфортнее. Они чувствовали друг друга, периодически сталкивались взглядами, замирали или фантазировали о своем.
Герман неизменно наблюдал, как соперница собирает волосы и прокручивает на пальце кольцо, когда работа не идет так складно, как ей хотелось бы. Любовался, но не признаваясь в этом себе, и тем, как девушка иной раз вставала к окошку и подолгу смотрела на синее небо. Эмилия бросала на него быстрые, точные взгляды, чтобы проверить, не заметит ли он этого, а потом позволяла себе рассматривать парня, когда тот наклонялся над бумагами или развалившись сидел на стуле, прикрыв глаза. Между ними нечто витало, едва-едва ощутимое, соединяющее тонкой незримой нитью, но существующее, способное окрепнуть, вырасти в новое и сильное чувство. Иной раз это было заметно, когда у Эми подрагивали ресницы от близкого нахождения Германа, или когда Герман задерживался колким, цепким взглядом чуть дольше, подходил поближе. Как бы они не противились, связь крепчала.
Очередной тихий час в офисе. Эмилия уткнулась в монитор, повторяя про себя цифры, слова, пытаясь соотнести информацию в открытом на экране отчете. София в очередной раз пыталась вставить палки в колеса: подсунула флешку, с которой пришлось возиться около получаса и в конце концов пойти к ней, чтобы попросить «помощи». Волкова изрядно утомилась от такого свинского отношения, но поделать ничего не могла. Оставалось только нервно вздыхать, осуждать «соперницу», бормоча гадости, и смиренно делать работу, на которую должно было уходить гораздо меньше времени.
– Опять как собачка на привязи у Софии, Эмилия? – игриво, с долей ядовитости и насмешки. Герман обдает её шею и ухо своим дыханием, пахнет сигаретами и дорогим парфюмом, вызывая волну мурашек, пробежавшую от затылка вниз. Парень слишком близко, снова вторгается в пространство.
Девушка игнорирует, стараясь сосредоточиться на работе, показать Герману, что он не может ей управлять и дергать, когда вздумается. Это похоже на игру, где она виляет перед ним хвостом, то замирая, чтобы он почти поймал, то снова ускоряясь, поддразнивая. Герман встает, еле слышно скрипит стул. Парень небольшим усилием разворачивает кресло девушки и упирается в подлокотники ладонями, загоняя её в ловушку из своих рук. Лицо Эмилии близко-близко: подайся вперед и коснешься носом.
– Видишь же, что работаю, – девушка очень-очень устала, пусть неделя продолжалась и в более спокойном ритме.