– Здравствуйте, меня зовут Эмилия, может быть, я могу вам помочь решить возникшие вопросы? – она не спешила представляться своей должностью, тем не менее была приветлива и радушна, будто работает здесь уже сотню лет.
Недовольный представитель туристической группы принялся лепетать, какие все глупые и что он бронировал десять, а не пять номеров, и что его группа не сможет расположиться в таком маленьком количестве комнат. Предыдущий опыт работы в отеле пробудился в девушке и зазвенел всеми возможными колокольчиками где-то внутри, позволяя сообразить, как разрешить возникнувшую проблему. Понимая, что переходить границы в первый день стажировки ей совершенно точно не стоит и скорее навредит, девушка перегибается через стойку к регистратору, судя по бейджу, Илье и вынуждает его склониться к ней в ответ. Шепчет на ухо, чтобы посмотрел номера, бронь на которые должна быть подтверждена в течении двадцати минут или номера, срок сдачи которых заканчивается в ближайший час или два. Парень бросает взгляд на Ольгу Николаевну, ища поддержки в старшем, более опытном работнике, а когда она кивает, то Илья, улавливая, что именно подразумевает девушка и приходит снова в себя, проверяет предложенные девушкой номера. Уверенность поднялась неожиданной волной и окутала девушку, подпитывая соревновательный дух и святую убежденность в правильности совершаемых действий.
– Минуточку, – Эми снова развернулась к туристам, приветливо улыбаясь и отвлекая их внимание. Экскурсия уж точно не прошла даром, а потому Эмилия продолжила говорить с посетителями, на ходу придумав план по их успокоению. – Не переживайте, сейчас оперативно разрешим все существующие вопросы, может быть, хотите чего-нибудь выпить во втором зале?
Герман, наблюдавший за этой суетливой, но уверенной девушкой, если бы не держал эмоции под контролем, точно сначала разинул бы рот в удивлении, а потом зашёлся бы гневными восклицаниями. Как она посмела еще до начала соревнования обогнать его, да еще и в такой манере подлизы-отличницы. Парень сжал и разжал кулаки, осмотрелся в поисках места для сидения, поблагодарил Ольгу за экскурсию и опустился на кремовый диван. Следя за Эмилией с досадой и злобой, он прокручивал одни и те же недовольные мысли в голове. «Да кто она вообще такая и почему так сходу разобралась?» – парень бесился, не в силах признать, что его обскакали так заранее и так легко.
Пока Эмилия разрешала возникшую ситуацию, причем, стоит заметить, что весьма успешно, Ольга Николаевна уже успела сбегать к Михаилу Ивановичу и торжественно оповестить его и пришедшую на место секретаршу, что без пяти минут работница уже принялась решать проблемы. Шилов вышел понаблюдать за разрешением конфликта, что не скрылось от внимания Германа, казалось бы, уже взбешенного донельзя. Парень буквально лопался от подступающего гнева и уже хотел ретироваться, чтобы не слушать комплименты своей сопернице, когда Эмилия как раз закончила общаться с туристами, выпорхнула из второго зала, куда их увела, приняла комплименты от начальника и направилась к выходу. Герман вскочил за ней, не намереваясь оставаться под взглядом людей, осознающих, как его красиво обошли и восхищенных подлизыванием Эмилии. Нагнав девушку, он ухватился выше локтя, чуть сжав, приблизился к её уху, опаляя шею дыханием.
– Стажировка еще даже не началась, а ты уже заискиваешь перед всем персоналом и руководством, не удивлюсь, если к концу недели ляжешь под начальника. Он-то вон как смотрел на тебя, – ядовито выплевывает, отпуская девушку и не ожидая никакого ответа.
– Увидела и помогла, не вижу проблемы. Я сюда не с боссом спать и не выпендриваться пришла. У нас стажировка с соревнованием, и я буду делать все, чтобы в конце получить заслуженную должность, а ты можешь и дальше смотреть, пока я выполняю работу и беситься, что я проявила недостающую тебе инициативность, – отталкивает парня плечом, ускоряя шаг и не давая возможности ответить на собственную колкость.
Герман Высоцкий ненавидел, когда кто-то обходил его. Жизнь и так в какой-то момент пошла под откос, когда случилась эта авария и все завертелось в совершенно ненужном, уничтожающем урагане, а теперь еще нужда соревноваться с девчонкой с синдромом отличницы, которая совсем недавно податливо ластилась к рукам и стонала под ним, а теперь пробует на вкус язвительность и издевается, выставляя его идиотом. Как она смеет делать из него шута? Почему он вообще вынужден заниматься этими глупостями, ведь ему пророчили наследование фирмы отца, безоблачное будущее, а теперь он здесь. Шрам на предплечье под татуировкой будто снова стал свежей раной и горел, напоминая о произошедшем и изменившем жизнь.