Волкова мысленно отметила, что её немецкий все еще невероятно хорош по части терминологии и улыбнулась про себя, глянув на удивленное лицо Германа. Парень не успел сориентироваться, с потрохами выдавая свой шок от талантов Эми. Вебер кивнул, принимая ответ стажерки и соглашаясь с необходимостью проведения тестов в таком формате.
После окончания «кризиса», еще раз пройдясь по спа-залу, инвесторы кивнули стажерам, что пора двигаться дальше по ходу экскурсии.
Дельгадо не отставала от Эмилии, пока они проходили по достаточно узкому коридору в следующую зону – кафетерий, кружила вокруг девушки, задавала вопросы по поводу зоны отдыха, зоны спа, массажа и прочих удовольствий. Она была очарована эмпатичностью и умением сочувствовать, обычно опускаемым многими женщинами в конкуренции и в соперничестве. Вебер также шел рядом с девушкой, задавая ей вопросы на немецком и, по-видимому, получая удовольствие от профессионального диалога на родном языке. Герман шел первым, ведя беседу с Соколовым. Спина парня была натянута как струна, в каждой мышце залегло напряжение, накатившее после сцены в спа. Он снова проиграл Эмилии и в этот раз из-за какого-то дурного срыва инвестора, а не по профессиональным навыкам. Коридор чуть сузился за счет выступающей подсобной зоны, что вынудило Германа приостановиться и пропустить гостей вперед, чтобы они не теснились по одному в коридорчике. Эмилия, погруженная в диалог, налетела на парня, коснувшись плечом легко, но ощутимо, а машинальные реакции Германа сработали таким образом, что он потянулся рукой, касаясь предплечья девушки. Оба вздрогнули, ошарашенные внезапной близостью и неловкостью, взгляды встретились. Во взгляде Германа вспышка дикого, неконтролируемого, притягательного, в её – недоумение, легкая вина, быстро сменившиеся стальной маской. Эмилия отвела глаза первая, отряхнула руку в месте его прикосновения, будто ей было неприятно, что его ладонь «оставила» грязный след. Герман, подметив этот жест, почувствовал, как его захлестнула волна гнева.
– Вперед смотри, – шипит ей на ухо, злобно, протискиваясь вперед и оставляя её позади. Неосознанно вдыхает её цветочный запах, когда пытается выровнять дыхание и угомонить чувства внутри. Не помогает. Аромат его соперницы вырывает парня из реальности и кидает в прошлое, где они терлись друг о друга телами, целовались, прижимаясь в почти отчаянии.
Последняя сцена в спа привела к тому, что Герман, как бы он не «включал» свой профессионализм и не натягивал безразличные маски, больше не мог отвоевать первенство в задании и делать первые ходы, вынужденно отвечая на технические вопросы после всех красочных речей девушки. Он все также старался, профессионально излагал материал, но запал, с которым он начал отвоевывать территорию, к концу дня почти иссяк. Волкова тоже устала, но старательно прятала ощущения за непроницаемой маской. Девушка порхала, задевала глубинные переживания и чувства инвесторов в собственных речах и отвоевывала территорию Германа.
«Ну и пусть», – думал парень, – «все равно с технической точки зрения я представил более важную и актуальную для людей, готовых вложить свои средства, а бабочки и цветочки могут обсуждать сколько влезет», – это были речи человека, чье самолюбие все-таки задели намеренно или в ходе игры, тут уж не разберешь.
Глава пятая
После тяжелого дня, посвященного экскурсии с инвесторами, Эмилия и так валилась с ног, но на её плечи легла еще смена в баре. Придя домой в середине ночи, девушка сразу легла спать, даже не пытаясь разбудить мать и поболтать с ней о делах, справиться о самочувствии или просто посидеть вместе.
Перед ней были коридоры отеля «Полночное солнце», но искаженные и пугающие. Стены красные, будто чем-то напитанные. Подойдя поближе, девушка заметила, что это кровь. Густая и темная, она сочилась из стен, капала большими и тяжелыми каплями на пол, устланный стеклом. Услышав хруст и заметив, на чем стоит, девушка начала ощущать характерную боль и страх. Не просто испуг, а животный ужас, поглощающий изнутри, сковывающий движения. Она побежала навстречу свету в конце коридора. Под ногами противным хрустом стекла разбивались на более мелкие осколки, кровь теперь не только лилась со стен, но и брызгала во все стороны от оголенных ног девушки. В слезах, растрепанная и испуганная донельзя, она неслась вперед, а дороге не было конца. Совсем утомившись, девушка замедлила ход, перешла на шаг, все также ступая по стеклу и чувствуя, как тело пронзает болью раз за разом.