Эмилия приходит в себя первая, отталкивает парня, вынуждая остановиться. Миг – и она хлопает Германа с силой по щеке, оставляя след. Смотрит затравленным зверем, как Высоцкий приходит в себя, встряхивает головой. На губах парень до сих пор чувствует привкус кофе и помады. Гнев смешивался с желанием, стыд – с азартом.
– Ты животное, – вырывается изо рта, нарушая тишину, вынуждая парня сфокусироваться и ловить каждый вздох девушки.
Снова приближается, несмотря на противостоящие ему выставленные ладони. Заглядывает ей в глаза, ища подтверждение собственным чувствам: удовольствию от поцелуя, пусть и призванного заглушить зверя внутри. Ощущает кожей её дрожь и знает наверняка: она вызвана не страхом. Герман чувствует, как от её цветочного запаха, от вкуса губ, от взгляда, направленного будто ему в душу, снова пелена падает на глаза, как внутри пробуждается необузданное и дикое желание овладеть здесь, сейчас. Разложить на столе, показать, почему не стоит вступать в конфронтацию. Вцепиться в светлые волосы, натягивая на себя, открывая молочную шею для укусов и поцелуев.
– Уходи, – хрипло, тихо, с неконтролируемым желанием в голосе.
Мольба, едва-едва слышимая. Девушка, подавив шок и ступор, повинуется молча, больше не стараясь вступить «в бой». Выходит, оставляя зверя наедине с собой и сделанным. Касается губ, чувствуя, как внизу живота всего на секунду, но заныло, потребовало ощутить парня ближе, сильнее.
Герман опустился на край стола, все еще ощущая тепло её тела. Ладони, сжимавшие её талию, горели огнем, а на губах оставался привкус: горький, как её страх, и сладкий, как их общее возбуждение. Пелена, застилавшая глаза, медленно рассеивалась, возвращая трезвое осознание случившегося. Он не планировал этого. Совершенно не собирался сближаться с соперницей, сбрасывая маску и демонстрируя свой реальный интерес. По телу до сих пор бежали мурашки от одной мысли о девушке. Признает с горечью: ему очень понравилось целовать ее, держать под большими руками светлую кожу, терзать губы в свирепом соревновании. Эмилия его опьяняла. Её вкуса, голоса, запаха и тела под пальцами не хватало. Хотелось «пить» её снова и снова, зарываясь пальцами в светлые волосы, кусая за молочную шею, впиваясь в губы как в последний раз, остервенело и с отчаянием.
В голове выли сиренами логика и здравый смысл. Он только что сорвался. Поцеловал свою заклятую соперницу и получил от этого животное, первобытное наслаждение. Такого больше не должно было повториться. Нельзя было снова раскрывать перед ней свою уязвимость. Она была его врагом, соперницей, которую нужно изжить из отеля. И только потом – девушкой, которой хочется обладать бессчётное количество раз. От осознания собственной слабости подкатила тошнота. Он показал ей слишком много. Словно сорвал с себя броню, и теперь был беззащитен. И сквозь этот шум в висках пробивалось, отдаваясь эхом, её последнее горькое: «Ты животное…».
Самый неприкрытый, самый унизительный упрек, но, к его сожалению, и самый справедливый. Только зверь, лишенный разума, мог так поддаться инстинкту, открывая свою главную слабость. И теперь Эмилия знала, как сильно его к ней тянет. Это знание могло его погубить.
Из задумчивости Германа вывело сообщение в корпоративном приложении: «Высоцкий, Волкова, ко мне в кабинет». Если Шилову снова понадобилось их присутствие, то очередное соревнование не заставит себя ждать. Стажеры уж точно к такому не были готовы, пребывая все еще в ступоре от произошедшего.
Стажеры стояли на расстоянии друг от друга, боясь случайно соприкоснуться локтем или руками. Отчужденность помогала сохранить чувство контроля над ситуацией, пусть вид Германа и выдавал недавно случившееся, а сама Эмилия под напускной непринужденностью горела огнем. Ладонь, которой она оставила на щеке Высоцкого до сих пор едва заметный след, покалывала, напоминая о случившемся. Губы пылали, будто он по-прежнему терзал их – властно и безжалостно. Тепло внизу живота угасло, но стоило бросить взгляд на его сжатые скулы, на красивые длинные пальцы, как внутри вновь шевельнулось что-то темное и настойчивое, напоминая о себе сдавленным стоном.
– На следующей неделе запланировал масштабный форум, зарезервирован по дням огромный зал, подготовлена аппаратура для проведения трех мероприятий. Но сегодня вскрылась огромная проблема: поставщик мяса не заметил, что его оборудование вышло из строя и не сможет предоставить услугу. Банкет под угрозой, а вам нужно решить проблему. Вдвоем, – делает акцент, пронзительно вглядываясь в лица стажеров и читая возникающие эмоции.
– Это не все, также из-за проблем с поставщиком возникает проблема заключенных договоров, документации, меню. Вам нужно решить все возникшие вопросы как можно быстрее, так как в понедельник начнется форум и далее исправлять недочеты времени уже не будет.