Мысли перебил телефонный звонок. Маша, прочитавшая об ужасном дне подруги, уже второй раз подряд набирала, заставляя смартфон в кармане у девушки вибрировать. Поблагодарив проницательность подруги, Эми устремилась к остановке, параллельно отвечая на звонок и погружаясь в беззаботную болтовню. Мысли о той, кто был из мира Германа, нравился ему и с кем он сегодня ушел, нужно было срочно перебить, и Машка справлялась с этим отлично.
Рассказав, как прошел день, Волкова ожидала обычных слов поддержки от подруги, когда её близнец тоже вклинился в диалог. Он начал дотошно выяснять, почему Эми обижают, не замешан ли в этом Герман. Его настойчивость вызвала у девушки раздражение и немой вопрос: «С какой стати?». В его голосе сквозило что-то большее, чем простая дружеская тревога. Нечто, на что она закрывала глаза.
***
Герман держал руль двумя руками, тщательно всматриваясь в дорогу. Кристина щебетала что-то рядом, то и дело заставляя парня глянуть на неё на светофоре. Он пообещал себе, что проведет вечер хорошо, а потому старался не пресекать действия девушки и быть вежливым. Но по артериям вдруг заструилась злость, смешавшаяся с кровью, когда ему пришла в голову одна мысль. Кристина знала, что Высоцкий попал в аварию, но все равно продолжала веселиться и отвлекать его от дороги, будто совершенно забыв, как друг потускнел, когда это случилось. Конечно, он не рассказывал друзьям о трагических последствиях, лишь отмазавшись, что всего-то разбил машину и ушиб руку. Тем не менее безразличие к его боли, его истории, которая тщательно переплелась с рулем в руках, педалями под ногами и проливным дождем, вызывало в нем противоречивые чувства.
– Как прошел твой день? – девушка вдруг прерывает свой очередной монолог, проходивший для парня фоновым шумом. Касается его плеча, когда они стоят на светофоре, вынуждает глянуть в её глубокие наполненные беззаботностью и весельем глаза.
– Ничего особенного, – парень крепче сжимает руль, прокручивая в голове события дня. Душный кабинет, бумажная работа, поглощение слоек в тишине с Эмилией, встреча с подбитой и потухшей соперницей в коридоре, позорное выступление в кабинете у Шилова. Высоцкий до этой минуты сам не понимал, что день его прилично утомил.
– Работал с бумагами, в отеле проходит форум, и мы как стажеры должны им заниматься. Больше ничего интересного не было, – боковым зрением видит, как Кристина рассматривает его. Скользит по мускулистым рукам, останавливается на острых скулах и глубоких темных глазах. Девушка смотрит с жадностью, искреннем интересом. Высоцкому приятно это внимание. Быть может, он еще не ушел так далеко от прежнего мира, может еще есть шанс вернуться, закрепиться в нем.
– Понятно. А кто эта девушка, которая пожирала нас взглядом у отеля? – в голосе Кристины насмешка и издевка. Её фраза прозвучала в точности могла бы его собственная: язвительно и свысока. Но это была его привилегия, его личная территория. И если бы не статус Кристины, он бы уже пресек это на корню.
– Коллега, – поясняет кратко, не давая лишних сведений и не планируя продолжать диалог о девушке. Эмилия всё ещё была для него странной гремучей смесью: мимолётной страстью и назойливым воспоминанием. И сейчас он мысленно отстранялся, не позволяя навязчивым образам из клуба, коридора отеля и офиса снова завладеть его вниманием.
– А чего так таращилась? – Кристина не унимается, смешивая два его мира. Герману хочется её прервать, запретить эту тему к обсуждению, но грубость в её сторону могла перекрыть ему все возможности.
– Не знаю, Кристин, понравилась ты ей, наверное, – сводит в шутку, ухмыляется, опуская одну руку на кисть девушки. Видит, как она улыбается и утихомиривается, повернувшись в окошко.
Они подъезжают к красивому двухэтажному зданию-ресторану. Кирпичные стены украшают окна в пол и вывеска «Lapetit». Ресторанчик славился вкуснейшими французскими блюдами и десертами, от которых можно было проглотить язык. Кристина давно говорила об этом месте, и Герман, понимая, что выиграет от такого жеста, пригласил её именно сюда. Припарковавшись, парень вышел из машины, открыл перед девушкой дверь и взял её под руку, когда она вышла. Кристина Ермолина была вне себя от восторга, но тщательно скрывала это под маской сдержанности. Когда в субботу Герман позвал её на свидание в ресторан, про который она думала и говорила очень-очень долго, девушка почувствовала, что в их отношениях наконец нечто сдвинулось. Высоцкий всегда занимал особое место в её голове. Парень был интересным, смешным и привлекательным. Какая девушка не захотела бы с ним быть? После того, как её «главный» парень пропал, Кристина стала одной из тех, кто хотел бы заполучить Германа. Но он отвергал её раз за разом, обозначая их сугубо дружеский статус. Теперь же что-то изменилось. Раз он пригласил её сам, значит, это к чему-то приведёт. От одной этой мысли по телу разливалось тепло, а внутри поднимались волны сладкого, почти головокружительного возбуждения.