В год, по исчислению византийских хронографов, 7208-й, в России волею царя случился год 1700-й.
Северная война. Позорное бегство русских под Нарвой 19 ноября 1700-го. Одни потешные полки стояли неколебимо по колено в крови. В память о великом геройстве в Преображенском и Семеновском полках ввели алого цвета чулки, а на горжетах обер-офицеров выбили дату сражения «1700 NO 19».
Нападение шведов на Архангельск. Карл Юхан Тальк, сын пастора, лишился в бою кисти правой руки.
Юнга Фернао Энрикиш совершает первое дальнее плавание — на Яву. Там его судно стоит бок о бок с фрегатом «Петр и Павел», построенным на Зандамской верфи при участии плотника Петра Михайлова, сиречь царя Петра I, которому еще предстоит стать Великим.
Основание Санкт-Петербурга. В числе первых переселенцев Барабановы — дворянский род, к кон. XVII в. захудалый. Если верить самим Барабановым, их предок отличился в битве на Чудском озере, но это похоже на легенду. Известны Барабановы псковские и новгородские; вероятно, это ветви, берущие начало от общего ствола. И те и другие несколько воспрянули с петровскими реформами.
Смерть армянского купца Арутюна на караванном пути из Индии, идущем по краю пустыни Тар. Теперь на месте его могилы пески. Семейное дело — торговля тканями — перешло к сыну Арташесу.
Осадковские.
Стефан Осадковский был хорошим воином и ревностным католиком. Одним ударом разрубал пополам бычка. В бытность Сигизмунда III королем Швеции усмирял мятеж тамошних протестантов. Гибель его в Смоленске искренне оплакивалась многими.
Тимофей Осадковский, сын Стефана, двоюродный дед Тадеуша, писал хорошие, но уж очень грустные стихи. Всегда держал при себе бандуристов. Умер от пьянства.
Тадеуш Осадковский прибился к отряду подольских крестьян, партизанивших против турок. Был 11 ноября 1673-го при Хотине, когда поляки опрокинули в Днестр армию Гусейн-паши, но по малолетству сидел в обозе и лишь слышал о том, как Ян Собеский, спешившись, повел пехоту на турецкие окопы. Из-под Хотина он добрался с празднующими победу шляхтичами до Львова, там втерся в доверие к иезуитам и прожил при них два года; оттуда начал странствия по Европе.
Встреча в Освенциме с архитектором Кальвини круто поменяла его жизнь. Вместо Кракова он оказался в Венгрии, где надел австрийский солдатский мундир. Воевал храбро, но, когда надоело, без раздумий дезертировал. В Буде ему подвернулась мадьярка Маргарита; он решил пожить у нее день-два, от силы неделю, а остался на три года. Они даже обвенчались (на этом настояли ее родители, а ему было все равно); таким образом, Маргарита была женой, но в этом качестве Тадеуш ее не воспринимал. Уезжая, он кивнул ей, сел на коня, и больше они не виделись. «Я буду ждать». — сказала Маргарита, зная, что он не вернется. А он не мог объяснить ни ей, ни себе, что заставило его сняться с места, — были какие-то дела в Вене, но что за дела, он по прошествии короткого времени не мог вспомнить. В любом случае необходимость заниматься делами отпала — в Венгерском королевстве разразилось восстание Ференца Ракоци, и Тадеуш отложил возвращение в Буду. Туг как раз встретился знакомый, с которым в 1697-м под водительством принца Евгения Савойского били турок у Зенты, и с его рекомендациями он опять нанялся на военную службу — теперь уж с офицерским патентом.
Осип Яковлев странствовал по Европе. Проезжая через Венгрию, познакомился в корчме с Тадеушем Осадковским и проиграл ему в кости несколько серебряных монет. Впредь они не встречались и вряд ли когда вспоминали друг о друге. В 1705-м Осип (Иосиф Якобс) осел в Копенгагене и всерьез занялся алхимией. Приезжие из России ценили в нем знание русского языка.
Полтава!!! Затянулось русское ликование, поздно отрядили погоню. И Карл XII, и бегущий за ним хвостом с двумя прихваченными на прожитье бочонками золота изменник Мазепа, ушли через Днепр к туркам. Петр Енебеков, бывший в числе преследователей, локти себе кусал от досады. А вот знай он, что среди ушедших с Мазепой казаков был хорунжий Богдан Чмиль — его будущий тесть?!.
В Турции суетный гетман прожил недолго. Петр I предложил обменять его на захваченного под Полтавой шведского канцлера Пипера. Турки встретили предложение русского царя с удовольствием — они разом убивали двух зайцев: избавлялись от союзника, ставшего обузой, и вызволяли союзника, который еще мог понадобиться. В опасении выдачи Мазепа принял яд. Казаки из его окружения разбрелись кто куда. О Богдане Чмиле более ничего не известно.