— Ничего, — развел руками мужчина. — Почему вас это так огорчает?
— Я встретила там женщину, и мне её жаль, — призналась Аполлинария. — Она… делала бумажных солдат, как я сейчас понимаю.
— Машина, — тихо поправил её мужчина. — Скорее всего, она была машиной, которая производит бумажные рулончики. Только и всего.
— Нет, — упрямо покачала головой Аполлинария. — Точно, она не машина. Я знаю. Откуда — не пойму, но знаю. Надеюсь, я после встречу её. А ещё… — она помедлила. — Мне очень обидно, что я испортила платье. Смотрите, оно всё грязное. И шляпка с зонтиком пропали, я оставила их при входе, и не знаю теперь, как туда вернуться.
— Ну, этому горю я помогу, — улыбнулся мужчина. — Постойте смирно минутку, это быстро.
Аполлинария послушно замерла, мужчина провел над подолом её платья руками, не прикасаясь, и грязь исчезла, как по мановению волшебной палочки.
— А теперь пойдемте вызволять шляпку и зонтик, — предложил мужчина. — Думаю, небольшая прогулка нам не повредит.
— Конечно, — кивнула Аполлинария. — Простите, мне неловко, но как вас зовут? Из-за рассказа мы не успели представиться.
— Ох, боюсь, с этим получится сложно, — мужчина, кажется, смутился. — Дело в том, что имён у меня несколько, но я предпочитаю не использовать их вовсе. Я… немного смущаюсь.
— Почему? — удивилась Аполлинария.
— Скажите честно, вам нравится имя Варуна? — с грустью спросил мужчина. — Вот видите, вы молчите. Вы тоже сейчас смущены. Дело в том, что в нашей части Города это имя популярностью не пользуется, к тому же оно похоже на слово «ворона», но я в данный момент сосуществую именно с ним. Поэтому и предпочитаю не представляться.
— Вот оно как, — покачала головой Аполлинария. — Я вас понимаю. Мне тоже моё имя изначально показалось слишком вычурным и пафосным. Но потом я привыкла. Меня зовут Аполлинария, или, если вам удобнее, Поля.
— Называйте меня тогда Вар, — предложил мужчина. — Тоже необычно, но хотя бы коротко. Идёт?
Он снова улыбнулся, и Аполлинария улыбнулась в ответ.
— Хорошо, — кивнула она.
— Вот и отлично, — сказал Вар. — А теперь пойдемте вызволять вашу шляпку и зонтик. В этом Городе, уж поверьте, не так-то просто раздобыть хорошую шляпку. Так что в путь.
— Рыжий, чего ты там делаешь? — спросил Ит, закрывая книгу. — Ау, ты меня слышишь?
— Не ори, — раздраженно ответил Скрипач из комнаты. — Собирай манатки на пару дней, и поехали.
— Куда? — удивился Ит.
— Туда, — рассерженно ответил Скрипач.
— Ты можешь говорить нормально? — Ит рассердился.
— Нет, не могу, — ответил Скрипач, входя в комнату. — Вот, читай, что мне сейчас скинула Лийга.
Ит взял у Скрипача телефон, и через несколько секунд поднял на Скрипача безмерно удивленный взгляд.
— Чего? — спросил он. — В каком это смысле она собирается прекратить мучения? Чьи именно? И при чем тут Официальная служба и Метатрон?
— Я почем знаю? — спросил Скрипач в ответ. — У Лийги в голове стада тараканов, и настроены они решительно. Там ещё второе сообщение есть. Про зивов. Что ей надоело смотреть, как мы щупаем министров, а на самом деле хватит заниматься хренатенью, и надо пощупать для начала хотя бы зивов. Так что собирайся, и поехали.
— А как же Дана? — спросил Ит.
— Ты ещё не понял? Спелись! Куда одна, туда и вторая. Идём, говорю, пока они там дел не наделали…
Глава 13
Ночная прогулка
— Значит, вы ничего не рассказали им? — спросила официантка с интересом. Аполлинария кивнула.
— Да, — сказала она. — Я не сказала им ничего о Варе. Ни слова. Сказала про жаб, про бумажных солдат, про войну, но не решилась говорить о нём.
— Но почему? — официантка приподняла брови.
— Не знаю, — Аполлинария покачала головой. — Мне показалось, что они могут сказать о нём что-то плохое, очернить его, но ведь не дал мне ни одной причины для этого. Он помог мне, сперва вызволил из болота, потом почистил платье, а затем мы дошли до проходной фабрики, и он сам принёс мне шляпку и зонтик.
— Вы не пошли внутрь? — участливо спросила официантка.
— Да. Я… испугалась, — призналась Аполлинария. — Он тут же понял это, велел мне подождать, ушёл, и вскоре вернулся. Он принес мои вещи. Вы думаете, что я не права, и мне нужно было им признаться? — спросила Аполлинария официантку. Та пожала плечами. Аполлинария перевела взгляд на череп — у черепа в глазницах горели сейчас изумрудные огоньки. — А вы как считаете?