– Я обучу тебя, для этого я здесь. Нужно заказать у подмастерья бутафорские двукопья.
– До завтра, Федлан.
– До завтра, Азета.
Принцесса устало зашла в свои покои, на стуле качалась Агата, вытянув ноги на стол. Азета вошла, будто не обратив внимания.
– Я много слышала о Федлане, – заявила Агата, – много историй, много легенд, знаешь, какая моя самая любимая? – Азета не дала ответа, снимая с себя мокрую одежду, – ему удалось обмануть министра, планировавшего переворот в Протее. Тогдашний канцлер очень этого не хотел и просил Федлана убрать занозу в заднице. Только тихо, чтобы никто не догадался что это убийство. Добавив лишь, что тот министр, очень азартный, – Агата поднялась со стула, медленно подходя к Азете, которая смывала грязь с лица и шеи, – он долго выслеживал его, ища подходящего момента, пока, наконец, не подсел к нему в одном очень дорогом трактире, – Агата приблизилась к Азете сзади, обхватив руками её бедра, – он предложил ему пари, – шептала Агата прямо в ухо Азете, – мы сыграем в рулетку и поставил на стол пять стопок с водкой. В одной из них яд, сказал он министру, мы выпьем их по очереди, если ты выиграешь, я подарю тебе Намвернн. Глаза министра загорелись, он не мог отказаться, – шептала Агата и продолжала подниматься выше, обхватывая талию Азеты и зарываясь в её каштановые волосы, – Федлан осушил стопку, твоя очередь, сказал он, министр крутил их и вертел, маясь в неуверенности. Выпил и только успев вымолвить, твоя очередь, пал замертво, – Азета держала руку Агаты у самой груди, – твоё сердце так сильно бьется, – прошептала Агата и медленно направилась к двери, – твой учитель, удивительный человек. Прими от него, как можно больше знаний, – бросила Агата, и улыбчиво покинула покои принцессы.
***
Весна 1121 была поздней, Азета отпраздновала свое тринадцатилетие, и Эль-Бади получил от императора письмо с приглашением в Берген, на бал. Фолену уже стукнуло шестнадцать и императору не терпелось выдать Азету замуж. Эль-Бади оповестил свою дочь о поездке в Берген и велел приготовить наряд. Азета перебрала свою одежду в скромном гардеробе и не нашла ничего, что могло бы наглядно показать её статус. Она велела сшить ей новый наряд, постоянно контролируя процесс изготовления.
Через две недели, кортеж уже был готов, вместе с семьей Эвен в Берген направлялись Агата и её отец, Август Ротстерлинн, который вот уже тринадцать лет, служил по личному приказу императора в Вилфелонне, для охраны королевской семьи. Азета вышла из замка, на ней был длинный, шелковый, белый плащ с блораннским гербом на груди и спине, из-под него виднелись лишь белые, кожаные сапоги. Её блеклые, каштановые, развивающиеся на ветру волосы подчёркивали большие, голубые глаза, доставшиеся ей от отца. Она была прекрасна, тонкие губы и этот взгляд, ради него ты готов был на все, такая юная, такая невинная, блораннская принцесса. На выходе, Азету ожидал Федлан.
– Что ты будешь делать, пока нас не будет? – спросила принцесса.
– Сгоняю в Намвернн, я там давно не был.
Азета кивнула и спустилась по лестнице, стражник придерживал коня. Азета ловко забралась на гнедого Дэнэлайса и посмотрела на Федлана, тот, не скрывая ухмылки, подмигнул юной принцессе. Она улыбнулась и погарцевала к Агате, которая уже ждала ее позади королевского кортежа. Агата тоже была скрыта длинным плащом, только мрачно черного цвета, который переливался с ее черными волосами. Она выглядела довольной.
– Наконец-то, мы вырвались из блораннских стен, я давно не была в Бергене.
– Я вообще там не была, Берген красивый?
– Нет. Большой, шумный, грязный, – ответила Агата, – но при этом величественный. Чувство будто находишься в центре мира.
Подруги общались, тихо гарцуя на своих лошадях, пока к ним не прискакали двое анквальтских солдат.
– Ваше величество, Леди Ротстерлинн, – поклонились они, – вы не должны идти в самом конце, скачите вперёд к центру кортежа.
– Так встаньте за нами, – возмущенно ответила Агата.
– Ваш отец сказал, что в конце следовать небезопасно и велел отправить вас к центру.
– Ничего. Переживет. Скачите позади, – твёрдо настояла Агата, не останавливая своего коня.
В голосе Агаты был командный тон ее отца, солдаты переглянулись и двинули в конец кортежа. Да, Агата Ротстерлинн была такой, твердой, решительной, самоуверенной, она добивалась своего порой грубо и несправедливо, но всегда расчетливо.